https://russianslash.mybb.ru/ Слэш по-русски ru-ru Fri, 18 Jun 2021 12:01:30 +0300 MyBB/mybb.ru https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=58#p58 <p>Есть ли возможность скачивать понравившиеся работы? И если есть то как? Подскажите пожалуйста</p> mybb@mybb.ru (Ольга) Fri, 18 Jun 2021 12:01:30 +0300 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=58#p58 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=56#p56 <p>очень люблю &quot;След&quot;</p> mybb@mybb.ru (Валерия) Sun, 12 Aug 2012 22:25:36 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=56#p56 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=54#p54 <div class="quote-box answer-box"><cite>Алика Сплюшка написал(а):</cite><blockquote><p>- Да потому что дураки мы с тобой оба, Леха! К этому тоже пора привыкнуть!<br />- Андрюха, Андрюха, давай уже доберемся до кровати и сделаем все, что собирались!</p></blockquote></div><div class="quote-box answer-box"><cite>Алика Сплюшка написал(а):</cite><blockquote><p>- Агапыч, ну мы же и раньше целовались! Правда, по пьяни. И сколько раз засыпали в одной постели! Ну почему я чувствую себя полным идиотом?!<br />- Потому что раньше мы были просто друзьями. А теперь мы стали чем-то еще…</p></blockquote></div><p>Ыыы...&#160; :love:</p> mybb@mybb.ru (Zveto4ek) Fri, 29 Jun 2012 22:02:54 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=54#p54 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=52#p52 <div class="quote-box answer-box"><cite>Алика Сплюшка написал(а):</cite><blockquote><p>а если Марина в кабинете Стаса забыла лифчик, а потом к Стасу зачем-то зашел Коля и нашел его там? ))</p></blockquote></div><p> :rofl: <br /> :tired:</p> mybb@mybb.ru (Zveto4ek) Fri, 29 Jun 2012 20:05:13 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=52#p52 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=46#p46 <p>Автор: Алика Сплюшка<br />Название: Адреналин-4. Пусть это будет зваться любовью...<br />Фандом: Глухарь<br />Пейринг: Карпов/Антошин<br />Рейтинг: R<br />Отмазка: герои принадлежат кому надо<br />Предупреждение: смерть персонажа<br />Примечание: намек на кроссовер</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать</div><blockquote><p>Он прожил в руках Дэна еще минуту. Или две. И даже успел что-то прошептать, прежде, чем его дыхание замерло навсегда, прежде, чем на его губах выступила кровавая пена.</p> <p>Что было потом – Антошин впоследствии вспоминал смутно. Вроде он истошно кричал «Стааас!!!», вроде даже пытался сделать искусственное дыхание, и Юра оттаскивал его от разбитой «Инфинити»: «Дэн, оставь его, бесполезно, он умер!» Но Антошин упорно отказывался верить в то, что случилось непоправимое. Чувство вины пришло позже. </p> <p>Был один из таких дней, про которые говорят: «Сегодняшний день не задался еще вчера». Карпов зарылся в делах, и лишний раз показываться на глаза ему никто не рисковал, включая Антошина. Он изо всех сил старался сохранить отдел и искренне не понимал, почему с ним никто не хочет работать. И в результате досталось всем. «У меня здесь нет друзей! – кричал Стас на своих оперов. – И любовников тоже!» И гневно зыркнул на Антошина. Дэн даже обиделся, но решил, что ночью уж точно ему отомстит. Откажет в ласках. Скажет: «У тебя же нет любовников, Стасик!» Правда, был риск, что после этого синяков на его теле прибавится, а Стас все равно получит свое. </p> <p>А потом Карпов отослал Дэна с документами, и его задержали, и пока разбирались, что к чему, наступила ночь. </p> <p>Когда злой и голодный Антошин ворвался в кабинет Стаса, чтобы спросить начальника, что это была за дурацкая подстава, он застал там только растерянного Юру, опустошенную бутылку джина и опрокинутый стакан. Это было совсем не похоже на Стаса – чтобы он не убрал за собой, особенно если выпивал на рабочем месте. Да и дома все время шпынял Дэна за невымытые тарелки. </p> <p>Он наорал на Юру и едва не ударил его, когда из сбивчивого рассказа коллеги понял, что Стас куда-то уезжал, потом приехал с разбитым лицом, потому что подрался с Глухаревым, а потом сидел в кабинете и напивался, а потом сорвался и решил куда-то ехать. </p> <p>- Почему ты его не остановил?!<br />- Дэн, ты в своем уме? Ты когда-нибудь пытался остановить Карпова? Да не переживай ты так, может, он уже давно дома!<br />- Поехали!</p> <p>В машине Дэн включил милицейскую радиостанцию. И по сводкам прошла информация: в опору моста врезалась «Инфинити», по описанию – машина Стаса. О пострадавших и погибших пока неизвестно.</p> <p>Дэн рванул с места и через пять минут уже был на месте аварии. Но застал только последние минуты жизни Стаса.</p> <p>- Все равно бы не довезли, - констатировал врач «Скорой помощи», когда тело Карпова извлекли из разбитой в лепешку «Инфинити», - травмы, несовместимые с жизнью.</p> <p>А потом подъехали Глухарев и Зимина, и Дэн сорвался на Глухарева: «Это ты! Это ты его довел!» А потом рыдал, как баба. То на груди Зиминой, то на груди Сереги. Глухарев рассеянно гладил друга по голове.</p> <p>- Я не знал, что ты его так любишь!<br />- Я и сам этого не знал!</p> <p>Он же любил Стаса. Исступленно, неистово, безумно. Задыхался без него и рядом с ним. Только его любовь не спасла Стаса. Как случилось так, что Карпов остался совсем один? Как получилось, что все начали разбегаться из отдела, как крысы с тонущего корабля? Нет, Антошин должен был в этот вечер послать все на хер и остаться со Стасом. Тогда бы, возможно, не было и драки с Глухаревым, не было бы этой аварии. Но как случилось так, что Дэн не успел сказать Стасу какие-то важные слова? Одним словом, виноват. Кругом виноват. Дурак потому что.</p> <p>Теперь Дэн точно не сможет дышать. Год, два, а может, дольше. Темной страсти больше не было. Осталось лишь отчаяние – серое, беспросветное, как ноябрьские сумерки. Осталась лишь боль – обжигающая, как поцелуи Стаса, как прикосновения его рук. Только не было на свете облегчения от этой боли. </p> <p>- Ты поплачь, Дэн, - сказала Зимина. – Я сама сообщу матери Стаса.</p> <p>Он снова начал пить. В тот же день, не дожидаясь похорон и поминок. И на похоронах не расставался с бутылкой. Будто надеялся допиться до смерти. Но смерть не приходила, боль не утихала. Слез больше не было. Он знал, что надо бы зайти в квартиру Стаса, забрать свои вещи. Но не мог пересилить себя. </p> <p>Глухарев предлагал ему пожить у него, звали к себе и Агапов с Черенковым. Но он не хотел никому мешать и жил в отделе. Спал в допросной, прямо на полу. На улицу выходил только курить. И за водкой, в очередной раз заняв у кого-нибудь деньги. А в отделе все возвращалось на круги своя. Зимина снова была начальником, вернулись все, кто собирался уходить. Все было по-прежнему, но без Стаса. Нет, без Стаса не может быть по-прежнему. По крайней мере, для Антошина.</p> <p>Он сидел на улице, курил, не замечая ни дождя, ни холода. И не сразу заметил, что к нему кто-то подсел. Антошин недобро покосился: вроде ничего мужик, даже симпатичный. Только чего ему здесь надо? Первым нарушил молчание незнакомец.</p> <p>- Вы Антошин?</p> <p>Дэн вяло кивнул. Вот привязался!</p> <p>- Капитан Тарабрин, из убойного отдела, - мужчина сунул ему под нос удостоверение. – Я задам вам несколько вопросов.<br />- Наслышан о вас, - буркнул Дэн, – и о майоре Волкове слыхал. Только с чего это я убойному отделу понадобился? Я что, убил кого-то? Вы уж извиняйте, был пьяным, не помню!<br />- Вы бы не паясничали, Антошин. А то, что вы не просыхаете, мне уже доложили. И что у вас на это особые причины имеются, тоже доложили. А вы убили или нет – это мы будем выяснять. Надо думать, у вас и мотив был!<br />- Да кого я убил-то?! – Антошин уже терял терпение. Привязался этот Тарабрин, как банный лист, страдать не дает!<br />- А начальника вашего, подполковника Карпова! <br />- Да никто Карпова не убивал! Он сам погиб, в аварии! <br />- Не так все просто, Антошин. Ознакомьтесь с результатами экспертизы. </p> <p>И опять какую-то бумажку под нос сует. И ничегошеньки Антошин в ней не разобрал.</p> <p>- Что-то я не понял…<br />- Объясняю для тупых: в крови потерпевшего обнаружена смертельная доза снотворного. И подсыпали ему это снотворное в бутылку, из которой он пил. Так что он бы все равно умер, даже если бы никуда не поехал. А так получается, что он заснул за рулем. И не столько в алкоголе тут дело. Как вы думаете, кто мог желать ему смерти?</p> <p>Антошин закрыл лицо руками. Он же сам когда-то хотел убить Стаса! Только застрелить, а не отравить. Травить – это не по-мужски. А вот застрелить, сказав ему в лицо все, что думаешь… Да и пил он тогда крепко, вряд ли бы смог осуществить это все. Даже если бы и хотел. Застрелить и то не смог.</p> <p>- Не знаю. Недоброжелателей у него хватало. Кто угодно мог, - наконец ответил Антошин.<br />- Карпов принуждал вас к сожительству? – продолжил допрос Тарабрин.<br />- Уже насплетничали…</p> <p>Принуждал ли его Стас? Возможно, в самом начале, совсем немного. А потом Дэн и сам хотел. Он же дышать без него не мог! Неужели этот красавчик-капитан не понимает?! Вопрос остался без ответа. </p> <p>- Ничего ты тут не накопаешь, капитан. Да и кто ему эту бутылку подарил, уже не выяснишь. Так что поздравь майора Волкова с висяком. От моего имени. <br />- Висяк или нет – мы еще посмотрим. А тебя – Тарабрин демонстративно перешел на «ты» - я вызову повесткой. Завтра. Только ты к этому времени проспись и приведи себя в порядок. </p> <p>Антошин смотрел вслед уходящему Тарабрину, и ему было стыдно. Стыдно было сидеть перед этим красивым капитаном, когда сам грязный, заросший, и перегаром от тебя несет, как от бомжа. А у этого Тарабрина внешность кинозвезды, и видно, какое великолепное тело скрывается под кожаными штанами и кожаной курткой. Да ты еще и явно первый подозреваемый у этого красавчика. Ничего, завтра он будет во всеоружии. Они еще потягаются. Он еще узнает, кто такой Денис Антошин.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Алика Сплюшка) Fri, 29 Jun 2012 12:28:27 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=46#p46 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=45#p45 <p>Автор: Алика Сплюшка<br />Название: Адреналин-3. Темная страсть.<br />Фандом: &quot;Глухарь&quot;<br />Пейринг: Карпов/Антошин<br />Рейтинг: NC17<br />Отмазка: герои принадлежат кому надо<br />Предупреждение: мат</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать</div><blockquote><p>Сначала на пол падает куртка.<br />Потом Антошин.<br />Потом Стас пинает Антошина. Допинывает до дивана. Матерится сквозь зубы.<br />Блядь, ну сколько можно? Неужели нельзя проспаться дома? Ну почему надо каждую ночь приползать ко мне и изображать труп в моей прихожей? Чего ты добиваешься, Антошин? Валил бы ты к своему драгоценному Глухареву!<br />А утром, как всегда – голову под холодную струю. Град пощечин. Нет, Антошин, не надейся, я не буду тебя целовать. И в свою постель не пущу. Ты хочешь внимания? А вот не будет тебе внимания! Придешь трезвым – тогда посмотрим. Только в последнее время я себя чувствую почти женой алкоголика. А ты утром опять не вспомнишь, как попал сюда. </p> <p>Антошин, конечно, слышал о том, что бывает на свете темная страсть. И даже видел одержимых ей людей. И знал, что это обычно заканчивается преступлением и тюрьмой. Только оказалось, что он сильно ошибался, когда думал, что ему такие страсти точно не грозят. Слишком прост он для этого. И когда до него наконец дошло (а дошло до него не сразу), что нечто подобное он испытывает к Стасу Карпову, Дэн сильно испугался. Ну да, он пережил первый раз, его слегка отпустило. Но ненадолго. Он не очень задумывался о том, что будет дальше, ему казалось, что теперь всяко будет легче. Как же он ошибался!</p> <p>Потому что все окончательно запуталось. И чем больше Антошин пытался разобраться, тем сильнее запутывалось. Не привык он по жизни копаться в себе. Одно только понимал: сопротивляться надо. Не дать Стасу взять верх. Не дать себя подчинить. Не дать страсти сломать его жизнь. </p> <p>Но пути назад не было, и Дэн это видел. Он сопротивлялся, и этим он добивался внимания Стаса. Когда побоев, когда торопливого секса в кабинете, после которого долго болело внутри. Пару раз даже удостоился приглашения домой – но спал всегда на диване, Стас не пускал его в свою постель: «Я привык спать один».</p> <p>Антошин задыхался. Он задыхался, когда Стаса не было рядом. Он задыхался, когда Стас уезжал куда-то не с ним. Но когда Стас останавливал на нем взор своих бесстрастных нефритовых глаз, Дэн задыхался еще сильнее. И в объятиях Стаса он задыхался – он почти умирал.</p> <p>Я же не люблю его, думал Дэн. Совсем не люблю, иногда даже ненавижу. Только почему я не могу жить без него? И зачем я ему нужен? Это просто секс? Нет, от «просто секса» крышу так не сносит. Нет, ждать от Стаса каких-то слов и признаний просто смешно. И я уже не знаю, чего ждать от себя самого…</p> <p>Это все могло закончиться только запоем. Запой и случился. Повод вроде был пустяшный, но, видно, это была последняя капля. И где-то посреди запоя, в темно-сером хаосе, пришла одна-единственная четкая мысль: убить Карпова. Только так он сможет освободиться и стать прежним Дэном. Он уже стрелял в него однажды. Но теперь он не промахнется. </p> <p>Антошин даже ненадолго протрезвел. Только чтобы найти табельное оружие и зарядить его. Все, можно ехать к Стасу. Только еще сто грамм для храбрости. И сам не заметил, как снова напился, и, приехав к Стасу, смог только сбросить с себя куртку и свалиться на пол в прихожей. </p> <p>На следующий день повторилось то же самое. И на следующий тоже. Он неизменно просыпался на карповском диване и не мог вспомнить, как оказался здесь и что, собственно, он собирался делать. А Карпов только скрипел зубами и, не говоря ни слова, обливал подчиненного холодным душем, вталкивал в него что-то похожее на завтрак, отвозил на работу. К обеду Антошин трезвел окончательно, вспоминал: «Я же хотел его убить!». Но к вечеру снова напивался. И снова изображал труп в прихожей начальника. </p> <p>Глухарев и Зимина думали, что он пьет из-за Насти. Хотя Настю он не видел уже примерно месяц, да и не очень-то хотелось. А о его странной супружеской жизни с Карповым пока никто не догадывался. Хотя Глухарев и пытался подколоть его насчет того, что он каждое утро приезжает на работу в машине Стаса. «Ты чего, живешь с ним, что ли?» На что Дэн с серьезным видом отвечал, что он уже сам не знает, где и с кем живет. Серега только махал рукой: мол, тяжелый случай.</p> <p>Примерно через неделю такого запоя мысль об убийстве Карпова как-то сама собой отползла на второй, а может, даже и на третий план, и перестала греть Антошина. Получалось, что повода для запоя больше как бы не было. </p> <p>Антошин придумал кое-что другое. Но это следовало осуществлять исключительно на трезвую голову.</p> <p>Рановато вроде для Антошина, думал Стас, открывая дверь. Но его ждал новый сюрприз. Антошин и не думал падать на пол. Он твердо стоял на ногах, трезвый, свежий, бритый. У его ног стояла большая сумка.</p> <p>- Здорово, Стас! Хрен ли ты смотришь, как баран на новые ворота?<br />- Да вот уже забыл, как ты выглядишь трезвым, Антошин!<br />- Вспомнил?<br />- А это ты на хрена с собой притащил? – Стас кивнул на антошинскую сумку.<br />- А это я к тебе совсем пришел. Жить.<br />- Ты хорошо подумал, Антошин?<br />- Хорошо.<br />- Ну смотри, сам напросился.</p> <p>Дэн проснулся, как всегда, на диване. Вроде вчера все было чудесно. Стас его сразу не выгнал. Но и пригласить в супружескую постель не соизволил. Значит, придется осуществить самовольный захват территории.</p> <p>Антошин прислушался. Вроде Стас еще спит. Дэн завернулся в одеяло и на цыпочках прокрался в спальню. Тихонько присел на кровать. Какое-то время смотрел на спящего Стаса, борясь с желанием погладить его по щеке. Во сне Стас такой же, как все – расслабленный и беззащитный. </p> <p>И все же – дотронулся кончиками пальцев до щеки, до плеча, до руки. Стас спит крепко, утомился накануне, трахавши Антошина. Рука Дэна уже проникает под одеяло, уже гладит спину Стаса, уже раздвигает ягодицы, палец пытается проникнуть внутрь…</p> <p>- Антошин!!! Твою мать!</p> <p>Его бросили на кровать лицом вниз, заломили руки. Нет, подполковника Карпова врасплох не застанешь. Он только кажется расслабленным и беззащитным. </p> <p>- Я тебя предупреждал!</p> <p>Карпов даже не потрудился взять тюбик с вазелином – только поплевал на пальцы, а потом резко вошел в Дэна. С утра у Карпова стояк железобетонный, это Антошин твердо знал. </p> <p>Стас продолжил так же, как и начал – резко, болезненно вколачивался в бедный зад Антошина. А Дэн впервые за много дней чувствовал себя счастливым. Его жестоко имели, а он, подмахивая, стонал в подушку, Стас кусал его шею и плечи, а он блаженно улыбался. </p> <p>- Запомни, Антошин. Здесь сверху только я. И еще один запой – и ты вылетишь из моей квартиры и из моего отдела!</p> <p>Антошин продолжал улыбаться.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Алика Сплюшка) Fri, 29 Jun 2012 12:25:03 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=45#p45 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=44#p44 <p>Автор: Алика Сплюшка<br />Название: Адреналин-2<br />Фандом: Глухарь. Возвращение.<br />Пейринг: Карпов/Антошин<br />Рейтинг: NC17<br />Предупреждение: мат. немного, но есть )))<br />Отмазка: герои принадлежат кому надо</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать</div><blockquote><p>- День длинный, еще заработаешь! – Стас ответил на немой вопрос, застывший в глазах Антошина. – Все, давай вставай!</p> <p>Карпов сам поднял Антошина с пола, потянув его за руку. Дэн поморщился: ребра вроде целы. Карпов бил больно, но аккуратно: Антошин был еще нужен ему с целыми костями и в более-менее работоспособном состоянии. </p> <p>Усадил к себе на колени, и – почти ласково:</p> <p>- Антошин, ты же даже пообедать не можешь без приключений!</p> <p>И слегка провел губами по небритой щеке. Дэн только сильнее напрягся: неужели сегодня?</p> <p>Антошину сносило крышу. От близости Карпова. От запаха самца, который не заглушить никаким парфюмом. От напряженного ожидания. «До жопы тоже дело дойдет». Когда? Где это произойдет? Здесь, в кабинете? Или Стас потащит его к себе домой? А может, снова в машине? </p> <p>Нет, это не любовь и не дружба. Дружба – это у него с Глухаревым. И, возможно, даже любовь. Тут вроде все понятно. Но кто, кроме Стаса, мог бы втянуть Дэна в эту захватывающую игру – с привкусом спермы и крови? Кто мог бы заставить его желать того, о чем он еще совсем недавно не мог и подумать? Кто мог бы заставить его скучать по грубым прикосновениям, коротким, удушающим объятиям на ходу, жадным поцелуям, от которых так долго саднит губы? Кто мог бы заставить его замазывать засосы на шее, таская тайком тональный крем из Настиной косметички? Кто мог бы заставить его дрочить в туалете, забывая про супружеский долг? Стас Карпов все просчитал: того, кого невозможно подчинить и запугать, можно увлечь. </p> <p>Дэн уже изнывал: вот уже несколько дней Стас не брал его с собой в ночные поездки. Только бросал на ходу: «А, так ты на сегодня свободен, Антошин» и уезжал с кем-то из оперов. А Денис ехал домой, стиснув зубы, и его так и подмывало выстрелить начальнику в спину. И он сдался, он был вынужден признаться себе, что не может без Стаса. И не хочет делить его ни с кем. Пусть бьет, пусть лапает, пусть целует, пусть имеет во все щели. Пусть зашкаливает спидометр, пусть зашкаливает адреналин в крови. </p> <p>А сегодня Стас вызвал его в кабинет. Одного. Видно, понял, что Дэн дошел до точки. И почти дошел до того, чтобы напиться и исповедаться Глухареву. Но это Стасу было не нужно. Пока не нужно.</p> <p>Конечно, они поругались. Антошин уже не помнил, из-за чего конкретно. Слово за слово – и он уже кричит в лицо Стаса что-то обидное. И тут же получает удар в солнечное сплетение и оказывается на полу.</p> <p>А теперь Стас целует его. Страстно, нетерпеливо, как не целовал уже почти неделю. Гладит бедро Антошина. И Дэн чувствует, что Стасу тоже не терпится, что сегодня они снова помчатся в ночь вдвоем. </p> <p>- Скажи, Антошин, я когда-нибудь кого-нибудь бил ни за что?</p> <p>Дэн пожимает плечами. </p> <p>- Стас, ты уже живешь по принципу «Бей своих, чтобы чужие боялись»!<br />- По крайней мере, этот принцип меня никогда не подводил!</p> <p>Возразить тут было нечего. </p> <p>- Все, Антошин, иди уже, работай!</p> <p>Карпов столкнул Дэна с себя. </p> <p>- И помни о том, что я тебе обещал!</p> <p>Значит, Стас не забыл. Антошин делал свои обычные оперские дела, с нетерпением ожидая вечера. Сегодня должно что-то произойти. Он боялся того, что его ждало, но и желал этого. И даже на всякий случай запасся бутылкой водки: пригодится для храбрости. </p> <p>- А, ты здесь? Ну поехали! </p> <p>Карпов, как всегда, спокоен. Он тянет Антошина за руку, и Дэн чувствует, что сегодня все будет не так, как обычно. </p> <p>Они садятся в машину, и Стас приказывает пристегнуться. «Инфинити» трогается, но Стас не разгоняется до предела, он едет по правилам. И выбирает другой маршрут. Вскоре Дэн понимает, что они едут к дому Стаса. Значит, все-таки дома. </p> <p>Ничего так квартирка, думает Дэн, усаживаясь на диван. Он знает, что Карпов мало кого приглашает к себе. И если приглашает, то не просто поболтать.</p> <p>- Выпей, - Стас ставит на стол бутылку джина и бокалы.<br />- У меня тоже есть, - Антошин достает водку.<br />- Запасся, значит, - усмехается Карпов. – Ну ладно, начнем с твоей! </p> <p>Они опрокинули по первой.</p> <p>- Расслабься, Антошин, легче пойдет! И закусывай, ты мне тут бесчувственным не нужен! – Стас засунул в рот Дэна маринованный огурец.</p> <p>Пусть уже все произойдет, думает Антошин. Сколько Стас может издеваться? Дэну стало жарко, и в джинсах стало тесно – Стас был совсем близко, их бедра соприкасались. Нет, Дэну больше не хочется пить, ни джина, ни водки. Только еще одну для храбрости – и он сам садится на колени Стаса. И чувствует вкус джина на его губах.</p> <p>- Торопишься, малыш, - шепчет Карпов. – Думаешь – Карп рыба гордая, не пнешь – не поплывет? </p> <p>Антошин усмехается – и начинает расстегивать рубашку Стаса. И Стасу осталось только подмять Дэна под себя. </p> <p>- Да расслабься ты, бля, Антошин! Мало выпил, что ли… - ворчит Стас, пытаясь проникнуть в Дэна.<br />- Стас, меня не каждый день в жопу ебут!<br />- Ничего, мы это исправим!</p> <p>Без крови не обойдется, думает Дэн, ну и ладно, ну и пусть. Внутри него что-то нестерпимо горело, все его существо жаждало грубого вторжения, боль становилась желанной, и он обхватил Стаса бедрами и сдавил, заставив наконец войти до упора.</p> <p>- Антошин, бля!!!</p> <p>Он не видел ни глаз, ни губ нависшего над ним Стаса, он чувствовал только капли пота, падающие на него со лба Карпова, он двигался в одном ритме с ним, сильнее и сильнее сжимая его член, и боль становилась совсем-совсем крошечной и растворялась в новой волне наслаждения. Нет, я так долго не выдержу, думал Антошин, я догадывался, что это может быть приятно, но чтобы Стас мог с ним сделать такое… Дэн вскрикнул первым – и через секунду почувствовал, как Стас, дернувшись и зарычав, излился в него.</p> <p>- Ну, Антошин!!! А все целку из себя строил!<br />- Знаешь, Стас, если ты думаешь, что я поверю в то, что ты меня страстно любишь, ты ошибаешься! Другого дурака ищи.<br />- Знаешь, Антошин, я сам в это никогда не поверю! </p> <p>Дэн усмехнулся – и вдруг схватил пальцами уши Карпова и слегка дернул вверх.</p> <p>- Антошин, ты, кажется, совсем страх потерял! – поморщился Стас.<br />- После всего, что ты со мной сделал – имею право. Давно мечтал, между прочим. Красивые у тебя уши, Карпов!<br />- Да пошел ты в жопу!<br />- А ведь я могу, Карпов! Я могу и сверху!<br />- Антошин!!! Даже не думай!</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Алика Сплюшка) Fri, 29 Jun 2012 12:21:26 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=44#p44 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=43#p43 <p>Автор: Алика Сплюшка<br />Название: Если с ним то-нибудь случится...<br />Фандом: Глухарь<br />Пейринг: Егор/Стас (ER), Стас/Денис<br />Рейтинг: R<br />Отмазка: герои принадлежат кому надо</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать</div><blockquote><p>- А ты меня отмажешь, - Карпов закончил фразу. Он не смотрел на Егора, сосредоточенно ведущего машину, он смотрел куда-то вперед, туда, где уже робко алел горячий летний закат. И одному дьяволу было известно, о чем он думал.</p> <p>В молчании они въехали в город и тут же наглухо встали в пробке. Только теперь Егор повернулся к Стасу.</p> <p>- Что, Стас, прижало тебя?<br />- Ты о чем? – Карпов слегка приподнял бровь.<br />- Да об Антошине! – слегка раздраженно ответил Егор. – «Если с ним что-то случится!» Что, совсем не можешь жить без него?<br />- Егор, я не знаю, что ты имеешь в виду - буркнул Стас, - но ты прекрасно знаешь, что добровольно я бы ни за что не отказался от такого ценного сотрудника!</p> <p>Подполковник был явно не в настроении.</p> <p>- Стас, я не об этом. Признайся, что ты втрескался в него по уши!<br />- Не признаюсь. Ты вроде давно меня знаешь, Егорка. Втрескался – это не про меня. И вообще, отстань от меня со своими глупостями! С чего ты решил, что я в кого-то втрескался?!<br />- Ты думаешь, это незаметно? Опомнись, Стас! Не ври хотя бы себе!</p> <p>Карпов не ответил. Кровь стучала в его висках. Втрескался не втрескался, но перспектива потерять Дэна его мало радовала. Неужели это так заметно?</p> <p>Какое-то время они ехали, вернее, ползли молча. Закат медленно догорал. Стас курил, ему хотелось выпить водки и завалиться спать. И чтобы никто не доставал. Но пробка и не думала рассасываться, и это значило, что придется терпеть общество Коваленко еще как минимум час.</p> <p>- Скажи, Стас… - снова нарушил молчание Егор. – Ты ему уже вдул или только мечтаешь? </p> <p>Карпов едва не подавился табачным дымом. </p> <p>- Слушай, если ты сейчас не замолчишь, я начну мечтать о том, как убью тебя!<br />- Тише, Стасик, миленький, не заводись, - Егор положил ладонь на колено Карпова. – Я же все понимаю, мужик, с каждым может случиться…</p> <p>И вдруг неловким, но нежным движением взъерошил коротко стриженые волосы Карпова.</p> <p>- Я тебе не Стасик и не миленький! – взорвался Карпов. – Отстань, по-хорошему прошу! Пока по-хорошему! Тебе-то что за дело? Или ревнуешь?<br />- Да, Стас, прижало тебя! Вот я и боюсь, что эта твоя любовь-морковь нам все дело испортит!<br />- Да пошел ты в жопу!<br />- Понял я все, понял! – ладонь Егора легла на ширинку Стаса. – Едем к тебе.<br />- Уговорил, - буркнул Стас, - за водкой идешь ты.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Алика Сплюшка) Fri, 29 Jun 2012 12:18:27 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=43#p43 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=42#p42 <p>Автор: Алика Сплюшка<br />Название: Адреналин<br />Фандом: т/с &quot;Глухарь&quot;<br />Пейринг: Карпов/Антошин<br />Рейтинг: R<br />Отмазка: герои принадлежат кому надо</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать</div><blockquote><p>Они мчатся по ночному шоссе.</p> <p>Его голова лежит на коленях Стаса, и Стас придерживает его рукой за волосы. Они молчат, время вопросов и ответов кончилось, а может, еще не началось. Дэн не видит усмешку Карпова, он ее чувствует, и он не смеет пошевелиться, он старается дышать как можно реже. Он должен подчиняться приказам – таковы условия игры. Только Антошину все чаще кажется, что это уже не игра.</p> <p>Он плывет по течению. Он не может угадать момент, когда Стас вдруг резко затормозит, расстегнет ширинку и кивнет: «Приступай!» Вот сейчас, сейчас… Но это всегда происходит неожиданно. Пусть и сегодня будет так же. Остается только закрыть глаза и плыть по течению, прижимаясь щекой к джинсам Карпова, пропахшим табаком и потом.</p> <p>«Инфинити» тормозит, как всегда, резко. Голова Антошина дергается, но Карпов удерживает ее на месте, вцепившись в волосы Дэна. Больно. Пустяки.</p> <p>Звук расстегиваемой ширинки.</p> <p>- Приступай.</p> <p>У Карпова уже стоит. Наверно, у него встает, едва мы садимся в машину, думает Антошин. </p> <p>И он приступает. Поглаживает рукой, потом захватывает губами. «Инфинити» срывается с места, Антошин радуется, что не видит спидометр. И так понятно, что скорость зашкаливает. И Дэн почему-то спокойно думает о том, что в один прекрасный день – точнее, в одну прекрасную ночь, - они разобьются. Вот только смешно будет, когда его найдут с членом начальника в зубах.</p> <p>Он знает: если тебя имеет Карпов, лучше расслабиться и получать удовольствие. Хотя трудно сказать, кто кого сейчас имеет. Стас сейчас во власти Дэна. Дэна и скорости. А Дэн во власти Стаса. Дэн знает, что неинтересно Стасу в койке, как нормальным людям. А только так, на полной скорости, - одной рукой вести машину, другую запустить в жесткие черные волосы Антошина. Что же, у каждого свой способ снимать стресс.</p> <p>Возбуждение Стаса растет вместе со скоростью. И никто не имеет права остановиться – это тоже правило игры. Дэн делает свое дело – лижет, сосет, то забирая член Стаса глубоко, в горло, то отпуская на десятые доли секунды. Это совсем нетрудно. А Стас стонет, рычит, матерится – раньше Дэн и вообразить-то себе не мог, какие многоэтажные конструкции можно построить из довольно ограниченного набора слов. И снова жмет на газ. </p> <p>Дальше и дальше, быстрее и быстрее. Время и пространство сворачиваются, перестают существовать. Карпов способен так кататься до утра. Железные нервы. </p> <p>Он имеет право остановиться только тогда, когда услышит крик Стаса, когда почувствует во рту горьковатый вкус спермы, к которому он уже привык. Когда его снова больно дернут за волосы. Он знает, что должен проглотить – и это правило игры. </p> <p>Теперь Карпов сбавляет скорость постепенно. И только теперь Дэн имеет право поднять на него глаза. </p> <p>А потом Стас целует его. Долго, очень долго. Исследуя рот Дэна языком – будто хочет убрать все свои следы. Только потом Дэн долго полощет рот в туалете. И на вопросы Глухарева отвечает что-то невразумительное. Дэн знает, что в один прекрасный день они напьются вдвоем, и он все расскажет другу о своих ночных поездках с Карповым. </p> <p>- Молодец, Антошин! Быстро научился!</p> <p>Дэн пожимает плечами. Карпов просто так не похвалит.</p> <p>- Завтра, Антошин. Только завтра я у тебя сосу.</p> <p>А это уже что-то новенькое. Значит, испытывает на прочность. Но Дениса Антошина так просто не сломаешь.</p> <p>- Пошел ты в жопу, Карпов!<br />- Не волнуйся, Антошин. До жопы тоже дело дойдет.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Алика Сплюшка) Fri, 29 Jun 2012 12:14:18 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=42#p42 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=36#p36 <p><strong>Алика Сплюшка</strong><br />да я его тож люблю))))))</p> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Thu, 28 Jun 2012 19:38:36 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=36#p36 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=34#p34 <p><strong>Zveto4ek</strong><br />спасибо! )))</p> mybb@mybb.ru (Алика Сплюшка) Thu, 28 Jun 2012 12:32:11 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=34#p34 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=32#p32 <p><strong>Zveto4ek</strong><br />хосспади, ну они же прекрасны!!&#160; :love:</p> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Thu, 28 Jun 2012 00:41:32 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=32#p32 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=30#p30 <p>Прекрасный фик.. Пробирает до самой Искры..</p> mybb@mybb.ru (Starscream) Wed, 27 Jun 2012 23:31:40 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=30#p30 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=25#p25 <p><strong>Автор</strong>: streakyfreak<br /><strong>Фэндом:</strong> Глухарь <br /><strong>Персонажи:</strong> Стас Карпов/Денис Антошин<br /><strong>Рейтинг:</strong> R <br /><strong>Жанры:</strong> Драма, Психология, Философия, Hurt/comfort <br /><strong>Размер:</strong> Мини, 5 страниц <br /><strong>Статус:</strong> закончен <br /><strong>Описание:</strong>Может ли хоть какая-то сила остановить бесконечную ярость? Может. Главное - не опоздать. <br /><strong>Посвящение:</strong> Написан в подарок для Рэйвенхарт. <br /><strong>Предупреждение:</strong> в тексте присутствуют неизменённые диалоги из 64ой серии 3его сезона &quot;Точка&quot;.<br /><strong>Саундтрек:</strong> Би-2 - Вечная призрачная встречная.</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Точка</div><blockquote><p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Я сам не свой,<br />Мой след потерян<br />Я с головой<br />В песчинках времени -<br />Упал на дно<br />И метроном<br />Считает в тишине...</span></span></p> <p>Стас налил себе ещё. Стопка, другая, третья. Мир сузился до одной точки. До оптического прицела. Прицел качался при ходьбе и становился ярче, когда кто-то попадал прямо в его поле идентификации объекта. Но теперь уже никого не было рядом.<br />Часы словно пошли назад. Стрелки хрипло тикали, словно насмехаясь над подполковником, чередуя свои языки, длинный и короткий. Карпов обхватил голову руками, пытаясь сфокусировать свой взгляд на чем-то одном. Но за окном шумел поток машин, недавно покинувших рабочие стойла. Как огненная жидкость по венам. Где-то часы пробили несколько раз.<br />В сжатом кулаке оборвался нервный звон ключей от машины. Бутылка водки в другой руке, а в кобуре чутким сном уснул пистолет. Попытка усмешки лишь обнажила хищный оскал, брошенный в зеркало.<br />Карпов не понимал. Нет, просто он не хотел понимать, отчего ему было так гадко. Почему он повернул ключ в своем кабинете и погасил свет. Для чего достал бутылку водки. Наливал себе одну за одной.<br />Время застыло. Нет эмоций. Нет больше боли, нет горечи. Нет, её не существует, и Глухарёв - такой дурак! - ошибался. И нет одиночества, потому что вся жизнь - одиночество, а дружба и любовь - лишь иллюзия. Жалкая попытка скрасить своё жалкое существование. Не жалким может быть лишь тот, у кого есть стержень. Кто не поддаётся влиянию обстоятельств. Кто всегда знает, чего хочет. Кто...<br />Одиночки, Антошин, в этом мире не выживают. Потому что весь мир насквозь пропитался этими иллюзиями.</p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Пока все ждут<br />Прихода Истины,<br />Святая ложь<br />Звучит всё искренней,<br />И прячет взгляд,<br />И травит яд<br />Соблазна в душу мне...</span></span></p> <p>Стрелки вертелись быстрее. Подполковнику нестерпимо захотелось вырвать их из циферблата рукой, смять их в кулаке, наблюдая как густая красная жидкость будет стекать по пальцам, даже капая на пол.<br />Нет боли.<br />Стас, пошатываясь, вышел из отдела, хлопнув дверью. Под ногами насмешливо и мерзко заскрипел снег. Карпов зачем-то остановился, оборачиваясь. Хотел ли он, чтобы внутри что-то отзывалось? А вдруг что-то было? Но тишина глушила, а тусклый свет, затерявшийся ещё в паре кабинетов с силой давил на виски.<br />И черт бы с ним, открыл дверь своей &quot;Инфинити&quot;. Холёный чёрный зверь с рёвом прыгнул в темноту, бесконечную темноту, освещённой чередой безумных городских огней. Как глупо.<br />- Дурак ты, Антошин. - беззвучно кривились в зеркале губы. - Полжизни дурак.<br />Садился за руль пьяный. Ехал куда-то в темноту. Полжизни так рулил. Каково теперь тебе, счастлив, Денис?<br />Брать надо, когда дают. Не отказываться от счастливых билетов. От шанса, который, возможно, один на всю жизнь. Серые глаза зло и пьяно сверкнули в зеркале заднего вида.<br />Куда ты пойдёшь? К своим дружкам, с которыми ты не уверен даже в завтрашнем дне - какая может быть речь о себе самом, о своей жизни. Будешь ли ты уверен в том, что не разлетишься как пепел, не рассеешься как дым?<br />А если начистоту, то...Кажется, Стас хотел быть сегодня откровенным. С этим грязным, отвратительным и грубым миром, так и норовящим топтать кирзовыми сапогами в его стерильном личном пространстве. А может быть, просто с самим собой. </p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Я сделал всё -<br />И всё оставил,<br />В моей игре<br />Почти нет правил,<br />И мой герой<br />Не держит строй<br />И лезет на рожон...</span></span></p> <p>Спидометр беззвучно кашлянул, резко выбрасывая свой язык вправо. Огненное месиво за окном отрезало здесь и сейчас существующее пространство салона &quot;Инфинити&quot; от бесконечной бренности бытия. Подполковник крутанул руль и прибавил громкости. За ту песню, которая играла по радио, можно было даже убить.<br />Красно-синие сполохи рваным и методичным ритмом мелькали перед опущенными веками. Раздражение острой иглой электрического тока прошло сквозь виски. Стас Карпов откинул голову назад и слегка набок. Губы презрительно скривились.<br />- ...Подъём, просыпаемся. Выйдите из машины. - голос словно механический. Звучал будто бы издалека. Клацнула дверь и ледяной зимний воздух хлестнул по лицу. Карпова тряхнуло несколько раз и он с трудом приоткрыл глаза. Отвратительное и безвкусное пятно кислотно-желтого цвета расплылось перед глазами.<br />- Чего?... - собственный голос Стас не узнал. Не чувствовал языка. Не чувствовал даже двух ссадин, перекрывших пол-лица. Но омерзительное кислотное пятно приобрело конкретное очертание. Точнее, два очертания. Попали в поле идентификации. Прицел.<br />ДПС. Двое. Один особенно наглый, не нужно даже видеть его лица. Серость. - Ну-ка представился по форме.<br />- Капитан Димитренко, третий отдел ДПС. - серость приложила руку к форменной шапке.<br />Карпов медленно и безапелляционно вынул удостоверение из внутреннего кармана куртки, фиксируя перед глазами постового.<br />- Выйдите, пожалуйста, из машины, товарищ подполковник.<br />Стас, покачиваясь, медленно и молча вышел. Презрение. Грязный и глупый мир. Темнота, заполненная бессмысленными городскими огнями. И бесконечная дорога...<br />- Стой-стой-стой. - сотрудники ДПС с двух сторон удержали под руки, остановив.<br />- Вы пили, прежде чем сесть за руль?<br />Мало кто может грамотно оценить ситуацию. Единицы способны моментально её оценить и сделать правильные выводы. Никто не может оценить, сделать выводы и вовремя дёрнуть стоп-кран.<br />Взгляд, провалившийся в пустоту, отщелкивал кадры где-то внутри. Плёнка назад. Испорченная, старая плёнка с привкусом водки.<br />- Да.<br />- Вы проехали на красный свет и стали виновником ДТП. - уныло тарабанил голос второго постового. Серость.<br />- Круто.<br />Стас даже рад бы был вслушаться, да только тошно было. Науськанные шавки, добренькие стражи порядка. Этого ты хотел, Дэн? К черту закон, если в нём нет...<br />- Пройдёмте в нашу машину для составления протокола. - один из парней махнул рукой в сторону &quot;гайки&quot;.<br />- Нет. - отрезал Карпов. так же безапелляционно. Нет - это значит нет. - Я сейчас сяду и уеду. А вы напишете, что нарушитель скрылся. Этим, - Стас кивнул на собравшихся в кучку людей, которые, оказывается, стали участниками этого самого ДТП. - Что-нибудь объясните.<br />- Нет, пройдёмте. - упёрся баран в форме. В форме серо-кислотного пятна.<br />Ярость может достигнуть предела. Той точки, которая так и зовётся - точка невозврата. Оттуда не возвращаются. Там нет ни боли, ни одиночества. Прицел достиг конечной цели.<br />- Олег, может, как-нибудь... - тихо сказал второй. В форме пятна. Кажется, у кого-то ещё остались мозги. Люди такие смешные. Они всегда перегибают палку. Никогда не могут дёрнуть стоп-кран. Там, где им дают шанс это сделать. <br />- Напарника послушай. У меня сегодня был очень плохой день.<br />Поджатые губы гайца высокомерно сжались. Черт знает, чем думают люди, когда чувствуют иллюзию, мифическую видимость своей власти.<br />Но кому-то всё же хватает то ли жизненного опыта. То ли страха за свою шкуру. То ли есть в жизни великое провидение.<br />Карпов не сразу заметил, что напарник, предложивший первую дельную вещь за сегодняшний вечер, отошёл в сторону, доставая телефон.<br />- Антошин? Дэн, здарова! Помнишь меня?...ага! Тут это, кажется, начальник твой. Подполковник Карпов...Да!Документы видел. ДТП! Он пьяный в ноль, нужна твоя помощь, очень срочно! Будь ты другом, а? Мне ведь проблем не надо...<br />Антошин. Стас Карпов криво усмехнулся, уперевшись взглядом в спину отвернувшегося ДПСника. Серая форма. Невразумительное пятно кислотно-желтого цвета. Таким майор Карпов увидел Дениса в первый раз. В мире больше нет цвета. Нет эмоций. Нет боли.<br />- Он будет ещё хуже, если вы не сделаете, что я скажу.<br />- Уверен? - плохо, если ты в ярости. Хуже, когда тебе нечего терять. Но если ярость ледяная, это та самая точка. Без эмоций. Пустота.<br />- Товарищ подполковник, на светофоре всё равно установлена камера, которая всё зафиксировала!<br />- Да мне посрать! - Стас сделал резкий шаг вперёд, вновь замирая. Двое отступили. Теперь он не сводил сверлящего взгляда с патрульных. - Да я вас обоих под этой камерой могу положить, понятно?!<br />Под вскинутым дулом пистолета уже никто не решался что-либо сказать. Всего-лишь одно неверное движение, и...<br />...и если бы была на свете хоть одна вещь, которая могла бы эту ярость остановить.<br />- Стас!</p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Я сбыл мечты и откровения,<br />В руках судьбы<br />Моё спасение,<br />Мой главный нерв<br />Продет в иглу,<br />Предельно обнажён...</span></span></p> <p>Карпов смотрел перед собой. Тупо. Взгляд загнанного, больного зверя подёрнулся туманной пеленой. Дуло было направлено прямо в середину кислотно-желтого жилета. Куда-то в живот.<br />- Стас... <br />Сзади стоял Дэн. Коричневая куртка, белый свитер с высоким горлом. Облачка пара слетают с замёрзших губ. Дурак ты, Антошин. Полжизни.<br />Карпов машинально перевёл ствол на Дениса. Глаза сверкнули. Словно полыхнула молния. Обида. Гнев. Ярость. Точка невозврата.<br />И нет ненависти.<br />И не было никогда. Но даже металл раскалился под пальцами, обжигая. Сжигая дотла свинцовой тяжестью. Ни одной пули. Пока.<br />- Стас, я... - шершавый язык коснулся пересохшего нёба, пытаясь прогнать несуществующую слюну по горлу. - Я хочу с тобой поговорить. Я приехал поговорить.<br />Ложь. Ты приехал спасать эту мразь от смерти. Этих людей от нервного тика. Этот мир от зла.<br />- Уходи, пока можешь ходить, Антошин. - Стас процедил сквозь зубы. <br />Уходи, Антошин. Пока ещё имеешь право уйти.<br />Уходи, пока тебя ещё кто-то ждёт.<br />Уходи, пока...<br />Карпов не сразу понял, что дуло &quot;макарова&quot; стало упираться в грудь Денису Антошину. А его пронзительные глаза - смотреть в мутные, обессиленные глаза начальника.<br />- Нет. Мне нужно многое тебе сказать, Стас. - глаза в глаза. Не бояться. Не опустить. Не отвести.<br />Карпов не сразу понял, что позволил себе разжать онемевшие пальцы. Облачка пара на уголках губ. Свинцовая тяжесть облачком растворилась в ледяном воздухе.<br />Денис подставил плечо и перекинул руку подполковника через свою шею. Всего лишь несколько метров стали бесконечностью. Дорогой, которая с каждым шагом обретала смысл. <br />- Я убью тебя, Антошин. - прохрипел Стас заплетающимся языком, с трудом поворачивая к оперативнику голову, откинутую на сидении. - Совсем колпак уехал?...<br />Денис смотрел прямо перед собой. Дорога была ровная и прямая, только пальцы крепче сжимали руль.</p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Вечная<br />Призрачная встречная<br />Сможет уберечь меня -<br />Описанный сюжет<br />Всех религий...<br />Предана<br />Мне -<br />И мною<br />Предана,<br />И сполна изведала<br />Рождение и Смерть<br />В каждом миге...</span></span></p> <p>Одиночки, Антошин, в этом мире не выживают. <br />Потому что им слишком быстро становится нечего терять. </p></blockquote></div><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Эпилог</div><blockquote><p>Два раза ключ в замке. Ещё один поворот в прихожей, направо - кухня, налево - спальня. Недопитая водка залпом обжигает горло. Антошин вытирает мягкие, обветренные губы.<br />Ботинок Стаса, весь в снегу, оставляет мокрый след на форменной куртке подполковника, брошенной на пол в прихожей. Грязный от стаявшего льда. <br />От неожиданности Денис выпускает из рук бутылку. Закрывает глаза. запрокидывает голову, так просто и так несложно теряя землю из-под ног. Точку опоры.<br />Дэн не успевает понять, как ещё двигается Стас. Он не успевает понять, какая сила заставляет его концентрировать чувства до такой степени, что они искрами, разрядами электричества остаются на губах. На шее. на груди.<br />Он не успевает цепляться за плечи Карпова, дрожа от собственных эмоций. Он не успевает кричать, захлебываясь в собственных стонах. Он не успевает просить, задыхаясь от собственного желания.<br />Животная страсть. Чистое влечение. Бесконечное удовольствие. Чистосердечное признание.<br />- Я убью тебя, Антошин. - одними губами.<br />- Я тоже люблю тебя, Стас.<br />Кривая усмешка. Ничего неожиданного. Ничего нового.<br />А утром просто взойдёт солнце. </p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Вечная<br />Призрачная встречная<br />Сможет уберечь меня -<br />Описанный сюжет<br />Всех религий...<br />Предана<br />Мне -<br />И мною<br />Предана,<br />И сполна изведала<br />Рождение и Смерть<br />В каждом миге...</span></span></p></blockquote></div><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/72166317.jpg" alt="http://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/72166317.jpg" /></p> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Wed, 27 Jun 2012 18:59:30 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=25#p25 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=23#p23 <p><strong>Автор:</strong> Полосатый Фредерик<br /><strong>Фандом:</strong> Час Волкова<br /><strong>Пейринг:</strong> Тимофей/Паша<br /><strong>Рейтинг:</strong> G<br /><strong>Жанр:</strong> драма, юст<br /><strong>Предупреждение:</strong> смерть персонажа<br /><strong>От автора:</strong> по мотивам серий 24 и 25 &quot;Герой СССР&quot; третьего сезона <br /><strong>Описание:</strong><br /><span style="font-style: italic">спустившись в переходов склеп,<br />как крот блуждал бы за тобой по подземелью<br />и чар любовных не противясь зелью,<br />я лучше б окончательно ослеп.</span><br /><strong>Саундтрек:</strong> Сплин - Альтависта</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать дальше</div><blockquote><p>Самохин, хоть и сволочь редкостная, но подставлять меня не станет, тем более, для него это чревато. Хотя, как мне видится, у нас сложились уже куда более крепкие отношения, чем ему кажется. Чем нам казалось по началу. И кто как не он посоветовал бы мне такого ценного персонажа. Того, кто метро московское как свои пять пальцев знает.</p> <p>Он смешной был. Как воробей, слегка нахохленный и дерзкий. Смышлёный, знал все; и как из когтистых лап коллег наших вывернуться, да и вообще, всю Москву вдоль и поперёк облазил. Как там в этих их любимых песнях поётся: &quot;Вены дорог, дороги вен, машинкой размажет по кирпичности стен обломки империй, элементы систем, и тот, кто был всем, тот станет никем...&quot;</p> <p>Я тогда впервые лично с диггерами познакомился. Они только колкими шуточками перебрасывались, да от благодарности отказались. И он среди них. В ярко-голубых глазах неколебимая уверенность в этом мире и чистый адреналин. Жажда жизни, и жизни по своим личным правилам. Он и не говорил почти ничего, так, смеялся: &quot;Мент, мент...&quot;<br />Пашка. Не думал я, что обращусь к тебе ещё раз. Не знал, чем все это закончится.</p> <p>Грёбаные взрывы Волкова раздражали то с одной стороны, то с другой, без специалиста по канализациям, по подземным ходам было не обойтись. А у меня был ты - золотой парень.<br />И эти бесконечные поиски, длинные сырые коридоры. Желтые пятна наших костюмов мелькали как-то насмешливо, когда на них попадали лучи фонариков на наших касках. Так смешно и странно. Ты дерзишь и обнажаешь зубы в улыбке, а я отчего-то раздражаюсь. </p> <p><span style="font-style: italic">- Мы отсюда выберемся?<br />- Ну, я не знаю, товарищ капитан, у вас как, сил хватит?<br />- Не надо наглеть, диггер.<br />- Понял, понял...</span></p> <p>Зависть ли это, впервые за долгие годы? Свободе, воплощенной в пшеничных волосах и бездонных глазах цвета неба. В лестницах вверх и вниз. Колодцах, канализации и мостовых подземелий.</p> <p>Поиски и взрывы бесконечны, как череда дня и ночи, которые сплелись в один тусклый свет фонаря. Твои голубые глаза тускнеют от усталости и какой-то безысходности, которая на тот момент казалась мне особенно привлекательной. </p> <p><span style="font-style: italic">- То есть мы с тобой можем здесь и год гулять?<br />- Мы с вами, товарищ капитан, можем здесь и десять лет гулять.</span></p> <p>Вся твоя жизнь текла рядом с моей, и, наконец, мы остановились в точке соприкосновения. Замерли.</p> <p>От пива язык развязывается, тело слабеет, а свобода становится гнетущей, перерастая в острое одиночество, приправленное обжигающим желанием.</p> <p><span style="font-style: italic">- Эх, Пашка, что-то ты поплыл. Не любитель, или стресс сказывается?<br />- Жить хорошо, да?<br />- Жить? Хорошо? Жить прекрасно. Великолепно. Особенно когда под пулями прыгаешь.</span></p> <p>А потом про кино. Жизнь как кино представлял, под пулями. И мне рассказывал.<br /><span style="font-style: italic">- Классное кино. Тебе надо посмотреть. И ты мужик классный. Замечательный. Давай за тебя?<br />- И за тебя.</span></p> <p>И казалось мне, что вот она, та ниточка нащупывается, та связь, такая хрупкая и тонкая - уже по пальцам скользит, в моих руках. И я аккуратно, чтобы не порвать, перебирал её пальцами, ощущая, как она дрожит и вьется, словно непрерывно где-то бежит веретено.</p> <p><span style="font-style: italic">- А ты вообще чем занимаешься, когда по подземельям не ползаешь?<br />- Я истину восстанавливаю. А от истины недалеко до справедливости.</span></p> <p>Студент, синяя корочка. Историко-архивный. Ещё тогда я должен был подумать, должен был догадаться. Но видит Бог, не хотел. И лучше был бы слеп, остался до конца в том перекрестке ощущений. И его уверенность, и его острый взгляд, ушедший в глубину, всё оставалось недосягаемым, хотя было так близко.</p> <p><span style="font-style: italic">- Паш, чет ты захмелел, поехали ко мне, отдохнёшь там.<br />- Не...нет.</span></p> <p>Скользит по пальцам ниточка, пытаюсь схватить, но уходит, только оставляя странный тяжелый след, как горькое послевкусие пива, которое теперь кажется лишним, которое вот-вот прервет зрительный контакт.</p> <p><span style="font-style: italic">- А...я мобильный тебе свой оставил?<br />- Оставил. И я тебе свой оставил. Так что будем дружить.</span></p> <p>Кривится, смешно и долго. Смотрит искоса, то опуская, то поднимая взгляд, встречаясь с моим. Но ещё держится контакт, ещё тянется натянутая струна, ещё есть надежда. А когда есть надежда, тогда ничего не страшно. И слепым быть не страшно, и даже будущее - не страшно.</p> <p><span style="font-style: italic">- Не...не будем.<br />- Почему?<br />- Потому что ты мент. Хороший, но... А я за правду сражаюсь.</span></p> <p>И тогда, на следующий день, в ресторане. Когда я не раздумывая входил в здание, окруженное спецназовцами, поднимая пистолет, чтобы поговорить с тобой. Я знал, что это был ты. Я догадывался, но я хотел оставаться слеп. Я понимал, что ты будешь идти до конца. За отца забытого, лишенного наград, за его госпитализацию в психиатрической клинике.<br />Ты был на взводе, хоть и не был пьян, состояние аффекта, адреналин - по венам так быстро, что я едва успевал. И в какие-то доли секунды, тот же зрительный контакт, и с полуслова понимание, и...</p> <p>Выстрел.</p> <p>&quot;Кто стрелял?! Не было приказа стрелять!&quot; Волков, бегущий в ресторан. Машины для убийства в форме спецназовцев. Красная кровь под твоей головой, красная кнопка детонатора в моих руках. Напротив - тот, кто должен был умереть вместо тебя.</p> <p>И ниточка, лопнув на моих пальцах, порвалась, растаяв прямо в моих руках.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Wed, 27 Jun 2012 17:54:53 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=23#p23 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=22#p22 <p><strong>Автор:</strong> Полосатый Фредерик<br /><strong>Фандом:</strong> Час Волкова<br /><strong>Пейринг:</strong> Каретников/Тарабрин<br />Рейтинг: PG-13<br />Посвящается: squirrel buckwheat.</p> <p>Часть 1</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать дальше</div><blockquote><p>- Ну что ж народ-то никак не уймётся у нас, а, Пётр Антонович? – Тимофей вошёл в кабинет уголовного розыска и прошёл к своему месту, раздражённо кидая папку с новым <br />делом на стол.<br />- И что там у нас? – майор Волков снял очки, приподнимая брови, - на этот раз?<br />- И снова эта группа риска родная, - Тимофей потёр переносицу, - очередной убивец проституток объявился. Мне кажется, что мы собираем их каждый год, прямо как урожай.<br />Пётр Волков усмехнулся и покачал головой.<br />- Ну и что там, каковы подробности?<br />- А вот сейчас и будем узнавать. – Тарабрин поднял трубку телефона и набрал номер. Через некоторое время выражение его лица изменилось, отразив крайнюю степень удивления.- Что?...<br />- Ну не томи уже давай! – Волков поднялся, подходя ближе, чуть склоняясь над капитаном и телефоном. Последний положил трубку.<br />- Вот что, Антоныч. Это просто жесть какая-то получается. Из всех троих проституткой была только одна. А две другие были только одеты очень похожим образом.<br />В помещении повисла неловкая тишина. Настолько, что Волков поспешил нарушить её, быстро надевая куртку.<br />- Так, Тимофей, срочно едем на последнее место преступления. Это что-то новенькое…<br />Насколько новым было это дело, Тимофей Тарабрин судить не решился, отмахнувшись от внезапно накативших воспоминаний. Однако, он заставил себя тут же забыть об этом. Дела давно минувших дней не оставляли сомнений, что этот случай – действительно что-то новое в их практике. Нужно было внимательно изучить все убийства и места преступлений, чтобы уже потом на их основе делать какие-то выводы.<br />Результаты получались странными. Это, пожалуй, было самое мягкое из возможных определений. Ни улик, ни отпечатков – словно ничего и не было, будто сама смерть приходила забрать женщин с собой. Майор Волков нервничал, у него который день было плохое настроение, да и Тима не шутил так часто, как прежде. Варвара пожимала плечами и только разводила руками, похвастаться действительно было нечем.<br />- Что же получается, Антоныч, придётся ждать следующего убийства?... – Тарабрин задвинул ящик стола и сложил руки в замок.<br />- К сожалению, Тимочка, случается так, что поймать преступника нам помогают его жертвы… - Волков помолчал и выразительно посмотрел на напарника, чтобы тот начинал собираться домой.<br />- Ох не нравится мне это дело, Антоныч… - невесело протянул капитан, и на этот раз было абсолютно непонятно, шутит он или же говорит серьёзно, - нутром чую, нехорошее оно. Понимаешь?<br />- А чего тут не понимать-то, Тим? – майор усмехнулся и поднял взгляд на Тарабрина, - у нас что, бывают хорошие дела?</p> <p><span style="font-style: italic">Крупные пальцы, одетые в дорогие перстни, негромко побарабанили по деревянному подлокотнику дизайнерского кресла.<br />- Подойди сюда, Алексей.<br />- Конечно, Роман Константинович. – высокий молодой человек в чёрном костюме, который сидел на нём идеально, и белой рубашке, подвязанной чёрным галстуком, сделал несколько шагов к креслу, вставая перед сидевшим в нём мужчиной, - Вам что-нибудь требуется?<br />- Лёша… - пальцы крепко сжались в кулак. – Срочно разузнай мне, почему не принимает Каретников. Ты сам понимаешь, дело не терпит отлагательств ни на мгновение. А прошло уже столько времени! – мужчина раздражённо стукнул кулаком по лакированному дереву. <br />- Так это… - светловолосый парень слегка качнулся, переминаясь с ноги на ногу, - может быть, мы вам какого-нибудь другого врача найдём? Более надёжного?<br />Тишина в кабинете зазвенела в ушах и показалась вечностью. И без того тонкие губы Романа Константиновича превратились в узкую ниточку.<br />- Считай, что я этого не слышал, Алёша. – в голосе появились металлические нотки. – Достань мне Антона из-под земли. Деньги для меня не играют никакой роли. Сколько бы это ни стоило – чтобы завтра я смог с ним встретиться.<br />- Всё понял, - кивнул парень, быстрым шагом выходя из помещения, прикрывая за собой дверь. </span></p> <p>- Ничего не понимаю… - майор Волков потёр переносицу, внимательно вглядываясь в судебно-медицинские заключения по жертвам, - Все три были убиты одинаково, зарезаны крупным холодным оружием, скорее всего, ножом. С этим всё ясно. Наркотики обнаружены только в крови одной жертвы.<br />- Дай угадаю, - перебил его Тарабрин, - той, что самая ни на есть проститутка?<br />- В точку, капитан, - кивнул Пётр Антонович, откладывая папки с делами на край стола. – И то, что мы сейчас должны делать – установить хоть самую мизерную связь между ними. Рыть носом землю, вот как это называется.<br />- Да уж, весёленькое дельце… - пробормотал Тимофей, открывая на компьютере большую базу данных по точкам торговли собственным телом. Внутренний голос как заведённый твердил ему, что всё будет куда сложнее, чем кажется. Об этом говорят хотя бы две девушки, которые не были проститутками – ни у каких сутенёров они не числились, да и по состоянию здоровья и ряду физиологических особенностей было видно, что они – часть чьих-то идей безумного маскарада. Карнавала смерти, который, как ни странно, навевал определённые воспоминания. <br />По позвоночнику капитана скользнули прохладные мурашки, и он закрыл вкладку. Как только щёлкнула мышка, телефон Волкова подпрыгнул и разразился резким звонком, отчего Тимофей коротко вздрогнул.<br />- О господи… - пробормотал майор, поймав аппарат, поднося его к уху, - Волков слушает. Что? Час от часу не легче… Сейчас будем.<br />Он положил мобильник в карман и побарабанил пальцами по столу, поднялся и взял портфель, надевая панамку на голову.<br />- Ещё один труп, Тимофей, собирайся.<br />Капитан поднял голову, встал из-за стола, проверяя удостоверение и пистолет, легко надевая свою кожаную куртку.<br />- Очередная проститутка?<br />- Куда интереснее, Тима, - усмехнулся на выходе Пётр Волков, - любитель проституток.</p> <p><span style="font-style: italic">Звук гулких шагов разносился по длинному коридору с высоким потолком. За каменными колоннами залегли первые тени, но золотистый солнечный свет ещё падал на гладкий пол через оконные проёмы. Два человека остановились в тени, около широкой деревянной двери.<br />- Надеюсь, вы осознаёте, что вы делаете… - тихо сказал первый голос. Шаги остановились.<br />- Это не ваше дело. – отозвался второй, сухо и чуть хрипло.- Сделайте то, что вас попросили сделать. Надеюсь, вы понимаете, что все бумаги должны быть оформлены таким образом, чтобы ни у кого не возникло и сомнения…<br />- За кого вы меня принимаете, - недобро усмехнулся первый, вновь начиная шаг – лёгкий и звонкий, вероятно, из-за новых набоек на осенних туфлях. Второй же пошёл тяжело и чуть прихрамывая, но так же быстро. <br />Два силуэта скользнули за первую решётку, запирая её за собой и лишь потом только отпирая следующую. Когда впереди осталась последняя дверь, закрытая металлическими прутьями, первый мужчина обернулся ко второму, вглядываясь в его лицо, которое не выражало ровным счётом ничего, словно маска.<br />- Надеюсь, вы…<br />Резкие, нервные ноты оборвались в сжатом воздухе помещения. Ключ повернулся в ржавом замке, отпирая мощную решётку. Охранник, сидевший у дверей, отдал честь. Первый тихо, но очёнь чётко сказал: « Камера двадцать семь», и конвоир, поднявшись со стула, пошёл в сторону камеры. Мужчина со звонкими шагами как-то внутренне сжался и отчего-то поймал себя на том, что считает удаляющиеся шаги. Лицо его спутника по-прежнему не выражало ничего, кроме ледяного спокойствия.<br />В конце коридора стих звук шагов и зазвенели ключи. Скрипнула металлическая тяжёлая дверь камеры.<br />- Каретников, на выход!<br />Недоверчивая тишина повисла во всём помещении. Первый почувствовал, как тяжело бьётся его сердце. Как стучит, заходясь в бешеном ритме.<br />- С вещами, Каретников!<br />Прошло всего несколько минут, но им всем они казались вечностью. Возможно, именно это ощущение вечности и стоило бы назвать унисоном, однако, это было куда более тревожное ощущение.<br />Две фигуры на этот раз показались в конце коридора. Они медленно приближались к решётке, и первый хотел отвернуться, но не мог отвести взгляд от слегка ссутулившегося мужчины со спортивной сумкой в руках. От его улыбки, чуть смущённой, слегка приоткрытой, но от этого становящейся жуткой. <br />На лице второго мужчины, который всё это время стоял рядом, не проявилось ни единой эмоции. Однако в глазах отразился целый спектр эмоций положительного оттенка. Это было странное, и в то же время, пугающее зрелище – абсолютно несвойственные этому лицу выражения.<br />Причудливая игра света и тени от решётки на бледном лице Каретникова только ещё ярче выделила горящие глаза, очерченные тёмными кругами.<br />- Здравствуйте, Роман Константинович… - баюкающий, вкрадчивый и очень мелодичный голос скользнул по узкому помещению коридора, будто обволакивая. Первый мужчина в аккуратном костюме и осенних ботинках отвернулся. – Надеюсь, вы прошли тот курс, который я вам назначил? Это очень хороший препарат…очень.<br />Уголки тонких пересохших губ дрогнули вверх. Маска улыбнулась.</span></p> <p>- Горенков Вячеслав Игнатьевич, владелец сети магазинов хозяйственных товаров. – Варвара Филатова вытерла лоб тыльной стороной ладони, затянутой в белую стерильную перчатку. На её лице было столь красноречивое выражение, что майор Волков и капитан Тарабрин невольно переглянулись.<br />- Ну, а каковы подробности? Что интересного? Разборки? – Тимофей огляделся, сунул руки в карманы. Перчатки он забыл в машине, а на улице становилось всё холоднее.<br />- И с каких же пор у нас разборки проводятся таким оригинальным способом, а? – криминалист усмехнулась.<br />- Каким способом, Варь? Ну не томи, - Волков наморщил нос, посмотрел на неё, то ли умоляюще, то ли укоризненно. Та картинно закатила глаза.<br />- А вот, мальчики, любуйтесь, и сами скажите мне, что это за способ такой интересный. – ловкие одним взмахом откинули простынь, которой уже был накрыт труп. На ней в области головы уже растеклись кровавые пятна. Оба милиционера склонились над телом.<br />- Его что…засверлили?! – брови майора непроизвольно взлетели вверх. Он перевёл взгляд на Филатову.<br />- Именно что, Петенька, - не без сарказма отозвалась Варвара, - засверлили.<br />- Ужас-то какой… - пробормотал Тимофей, поёжившись. – Вот так и открой магазинчик-то. И вообще, с какой стати нам отдают дело, когда на нас и так три трупа? Чем Лапин занят?<br />- Майор Лапин в отпуске. – кисло ответил Волков, не отрывая взгляда от трупа. – придётся брать, постепенно разберёмся.<br />Тарабрин только удручённо вздохнул и медленно пошёл вдоль заграждающей ленты, внимательно смотря себе под ноги с обеих сторон.<br />- До экспертизы ничего сказать не могу, - серьёзно сказала Филатова. – Чуть позже определим и диаметр дрели, и характер нанесения повреждений. Но, скажите пожалуйста, какая дикость. Ведь ни пальчиков, ни следов рядом не обнаружено – убийца отлично знал, что делает. Либо кто-то за ним хорошо прибрался.<br />Волков потёр ладонью затылок и вновь посмотрел на место преступления. Это был двор довольно большой гостиницы, достаточно дорогой, но вполне доступной для широких масс. Людей было в ней много, и даже здесь всё время туда-сюда сновал персонал; для них, казалось, ничего не произошло – они должны были продолжать выполнять свою работу.<br />- Да уж, поток тут вполне ощутимый… - задумчиво протянул следователь, - каким же таким образом убийце удалось незаметно убить и перетащить тело сюда? А если он убил здесь – каким образом убитого вообще пропустили во двор для служащих отеля? Очень странно… - он обернулся к стоящему рядом сержанту милиции, - попросите, пожалуйста, записи с камер.<br />Тот кивнул и отправился выполнять задание. В это же время подошёл Тарабрин, закончивший осмотр территории.<br />- Знаешь, Антоныч, ещё чуть-чуть и мне начнёт казаться, что этот уважаемый господин засверлился сам, а потом проглотил дрель, в самую последнюю секунду. Может, вскрытие нам это подтвердит, а?...<br />- Да ну не смешно, Тимофей! – раздражённо отмахнулся Волков, - Лучше думай. Не бывает необъяснимых убийств. Это точно не самоубийство, хотя бы потому, что нет орудия убийства.<br />- Ты, Тимочка, конечно, мог бы предположить, что оно замаскировано под убийство, - подняла палец вверх Варвара, - но угол ввода сверла даже на глаз определяется как такой, при котором самостоятельно человек бы себя не засверлил. Даже если бы очень хотел.<br />- Варя, дай-ка мне паспорт этого бывшего гражданина… - задумчиво пробормотал майор Волков. – Горенков, Горенков…Что-то знакомое.<br />Пальцы его быстро пролистнули первые страницы, останавливаясь на развороте о семейном положении.<br />- Точно! Чёрт побери, он!<br />- Да кто же? – Варвара подошла ближе, заглядывая через плечо старшего следователя. Тимофей обернулся, внимательно посмотрев на начальника.<br />- Горенков этот! Он муж второй убитой девушки, Горенковой Елены Алексеевны. Той самой, которая была переодета под проститутку. Ну или просто очень вызывающе одета. Кстати, возможно, маньяк наш просто перепутал их… - невесело усмехнулся майор.<br />- Уж конечно, перепутал. Что-то сдаётся мне, что мужа он не перепутал. – язвительно бросил Тарабрин, отворачиваясь. Где-то внутри неприятно засосало. Происходящее напоминало кусочки разноцветной мозаики, которые каким-то образом должны были соединиться в единую картину. Но нехорошее предчувствие не оставляло его, хотя и было крайне абсурдным.<br />- Ну просто праздник какой-то. - хмыкнула Филатова, вновь наклоняясь к своему чемоданчику. Клубок становился всё более запутанным, а время, как назло, всё сильнее наступало на пятки.</p> <p>Уже после того, как капитан Филатова уехала в морг на вскрытие, Волков и Тарабрин отправились в кафетерий, на обед и обмен новыми мыслями.<br />- Тима. – после некоторого молчания начал майор, - Я вижу, что у тебя прямо голова пухнет от каких-то соображений. Давай-ка, я считаю, пришло время их озвучить.<br />- Антоныч… - Тимофей сделал глоток компота и посмотрел на своего напарника, - вот прав ты, не даёт мне покоя мысль. Если бы я не знал, что Каретников сидит, я бы подумал…<br />- Тима! – Волков легко хлопнул ладонью по столу, прерывая его на полуслове, - ну что ж тебе твой Каретников покоя не даёт! Давай уж как-нибудь пореальнее, ну? Врач в тюрьме, надёжно и надолго. У него разрешение на досрочное освобождение не раньше чем через пять лет. А ещё даже толком года не прошло, ну ты о чём говоришь?<br />Тарабрин отвернулся, прищурившись, посмотрел на яркий белый прямоугольник окна.<br />- Это так, Пётр Антоныч, всё так. Но ты сам подумай, имитация проституток налицо, плюс этот муж ещё засверленный…Он же хирург!<br />- Товарищ капитан, давайте не будем фантазировать, - строго отозвался майор Волков, допивая чай, - Во-первых, у Антона Каретникова был совершенно иной план и очень определённый мотив. Он маскировал своё убийство под действия абсолютно реального маньяка. А во-вторых, он хоть и человек с психическими отклонениями, но не серийный убийца.<br />- Откуда ты знаешь!.. – попытался защититься Тимофей, но получилось уже не очень уверенно. Действительно, с чего бы вдруг ему сейчас думать о преступнике, который уже довольно давно находится за решёткой. Но внутри всё равно что-то зудело, не давало покоя никак, хотя это и шло наперекор любой логике. – Вон, сколько людей умерло под его ножом, откуда тебе знать, уж не специально ли он убивал!<br />- Так, хватит. – отрезал Волков, - ещё мы силы и мысли на уже пойманного преступника не тратили. Думай, Тимофей. Все ответы мы найдём исходя из этих убийств. Ищи здесь, а не там, понял?<br />- Да понял, понял… - протянул капитан, уткнувшись в свою тарелку, стараясь выбросить из головы лишние соображения, которые, как было уже понятно, не имели к делу никакого отношения.</p> <p>Ноги сами несли Тарабрина по улицам Москвы. На город спускались густые сумерки, и кое-где зажигались тусклые, желтоватые глаза фонарей. Поток машин не уменьшался, но, однако, казалось, что жизнь немного замедлилась. Пешеходов становилось всё меньше, люди шли, кутаясь в куртки и шарфы, открывали зонты – на улице начинался дождь. <br />Тимофей знал, что завтра с утра предстоит ещё более серьёзная и напряжённая работа, что вставать, конечно, ни свет ни заря, но он не торопился домой. Капитан милиции едва ли не специально замедлял шаг, осматриваясь по сторонам, вдыхая полной грудью прохладный воздух. Он проходил мимо жилых домов, мимо вереницы магазинов, которыми были утыканы все первые этажи. Тарабрин свернул в какой-то переулок, прошёл по бульвару, наступая на опавшие мокрые листья, яркими жёлтыми кляксами разбрызганные по асфальту.<br />Оперативник прошёл мимо очередного дома – здесь была целая череда сохранившихся особнячков, отремонтированных, выкупленных новомодными бутиками и фирмами. Но что-то заставило его остановиться и даже обернуться назад. Что-то в этом доме было не так… Что-то на долю секунды бросилось в глаза, что-то царапнуло, и заставило вновь искать взглядом. Тима прочитал название, темнеющее над крыльцом. <br />«Новая хирургическая клиника». Ничего особенного, ни в названии, ни в самих буквах. И всё бы ничего, кроме одной маленькой детали, от которой сердце капитана пропустило два удара. Маленький флюгер в форме кареты крутился слева от двери, приводимый в движение холодными порывами ветра.<br />Тарабрин сбросил с себя оцепенение. Что за глупость такая, так реагировать на обычные вещи? Ну, подумаешь, мало ли какие совпадения встречаются в жизни. Однако, капитан почувствовал почти непреодолимое желание подойти и рассмотреть металлическую табличку, закреплённую рядом с входной дверью.<br />«Главный хирург: Мартынов В.А. Консультации по понедельникам и четвергам. Время…». Тимофей спустился по ступенькам назад, рассерженный на самого себя. Ну откуда взялась эта глупая паранойя? Подумать только, доблестный сотрудник милиции. Может быть, он действительно настолько устал? Иначе как объяснить эти не дающие покоя вспышки в памяти?<br />Из приоткрытого окна соседского дома, простой серой «хрущёвки», доносилась музыка, трогательная, почти душераздирающая – как последний, контрольный выстрел из прошлого. Прошло столько лет с той самой злополучной поездки Москва-Петербург-Москва, а он помнил эти слова, как сейчас. <br />«…Не ломай сирень в саду, не ищи меня напрасно, не мое ты, видно, счастье, ворожи-не ворожи...» - тихо лился по опустевшей улице голос. Тимофей уже почти бежал вперёд, вдоль домов, дальше по бульвару - чтобы только больше не слышать этих слов.</p> <p><span style="font-style: italic">Сильные руки опустили чужую рубашку вниз, расправляя ткань.<br />- Ну что же, Роман Константинович, я вижу положительный прогресс. Думаю, всего одна операция, и вы навсегда забудете про эту неприятность.<br />Красивые, чуть пухлые губы растянулись в услужливой улыбке, которая при ближайшем рассмотрении оставляла ощущение оскала. Лежавший на кушетке человек приподнялся, заправляя рубашку, удовлетворённо посмотрел на врача.<br />- Всё будет в лучшем виде, - мягко продолжал хирург, снимая перчатки, показывая, что осмотр закончен. Баюкающий голос плыл по помещению, словно сигаретный дым, - в том случае, если всё рабочее место будет в идеальном порядке. И, разумеется, хорошие, грамотные ассистенты. Вы, конечно, меня понимаете… – мелодичный, лёгкий, даже слишком естественный смех.<br />- Вы получите всё, что вам потребуется. – высокий мужчина одел пиджак. – Всё, что захотите.<br />Сидящая за столом фигура казалась ещё более сутулой оттого, что склонилась прямо к экрану монитора, на котором высвечивались кадры с результатами МРТ.<br />- Да, да, конечно… - прошептали губы, с которых так и не сошла жутковатая улыбка, - Всё что захочу.</span></p> <p>Этим утром Тимофей, кажется, в очередной раз проклял свою работу. Встретила его Варвара с новостью о новом трупе, прям как хлебом-солью, с порога.<br />- Вовремя ты, Тимочка. Ещё один убитый у нас.<br />- Да что ты, Варвара Николаевна, неужели. Я-то думал, легко нам будет работать, весело! – ядовито хмыкнул Тарабрин, проходя к своему рабочему месту. – А где Волков?<br />- Рванул уже туда сразу. – капитан Филатова поставила свой чемоданчик, в котором была так называемая, «лабораторная тара», на стол и посмотрела на коллегу. – А ты что клювом щёлкаешь, Тима? Не выспался, что ли? Поехали давай, поехали.<br />Капитан Тарабрин уже перебирал в голове все возможные варианты. Но то, что он увидел, заходя в заброшенное здание то ли школы, то ли какого-то медицинского центра, было той самой последней каплей. Труп немолодого темноволосого мужчины в кожаной куртке и джинсах, был пристёгнут наручниками к батарее. По всей видимости, тот сидел на полу, привалившись к батарее, и в том же самом положении нашёл свою смерть.<br />- Ну что, Варенька, скажешь? – майор Волков склонился к женщине, присевшей к телу.<br />- Что бы такого сказать тебе, Петенька, утешительного? – задумчиво протянула криминалист, устанавливая пробирку в «палитру». – До более подробной экспертизы пока непонятно, связано ли это убийство с предыдущими, или нет. Орудие убийства и способ убийства иной, как видишь – он зарезан. Нужно делать вскрытие Но если связи нет, то эта тенденция нарастающего количества насильственных преступлений в нашем городе, Петь, однозначно меня пугает.<br />- А ты что скажешь, Тимофей? – Пётр Антонович обернулся к стоявшему чуть поодаль капитану.<br />А капитан застыл, словно соляной столб, обернувшийся на исчезающие в огне Содом и Гоморру. Взгляд его провалился внутрь, и воспоминания, как кинолента, мелькали перед глазами, выбрасывая на поверхность всё новые и новые мелочи, все подробности прошлых дел. Как будто память изо всех сил старалась найти любую, хотя бы мало-мальски подходящую замену тому, что на самом деле случилось как факт чуть меньше года назад, ранней весной. <br />Труп, прикованный к батарее. К батарее заброшенного медицинского центра. Тимофей непроизвольно сжал виски – голова заболела отчаянно. Словно некие шестерёнки заработали в ней с такой скоростью, что вот-вот весь механизм задымится и выйдет из строя.<br />- Тима!.. – глухой голос, словно издалека, еле-еле контактирующий со слухом, - Тима, тебе что, плохо?<br />Как в замедленной съёмке Тимофей начал опускаться, чтобы сесть, ощущая, как склизкая масса заполняет тело, тошнотой подбираясь к горлу. Перед глазами отчего-то стало мутно, и мир словно стал грязным, расплывчатым и очень дурно пахнущим. Однако, запах ему удалось определить достаточно быстро; это был нашатырный спирт, которым Варвара водила перед его носом. Сам он сидел на каком-то бетонном блоке и пытался сфокусировать взгляд на ней.<br />- Боже, Тимочка, что с тобой? – голос Филатовой не был ни насмешливым, ни саркастичным – она взволнованно открыла чемоданчик, доставая шприц с глюкозой.<br />- Так, - послышался взволнованный, и от того строгий голос Волкова, который всегда старался скрыть своё беспокойство, - Сейчас же езжай домой. Это приказ, ты понял меня, Тимофей? – и майор повернулся к водителю служебного «уазика», - Валера, отвези Тиму домой. Да проследи, чтобы он отдыхать пошёл, ясно?<br />Водитель Валера молча кивнул, выбрасывая бычок и садясь в машину. Капитан Филатова ещё раз внимательно посмотрела на капитана Тарабрина. Тот молчал. Он попытался было возразить, мол, всё в две минуты пройдёт, подумаешь, переутомился. Но дрожь в руках унять так и не удавалось, а опыт коллег позволял им выявлять подобную ложь безошибочно.<br />И вот сейчас Варвара собрала лекарства и медленно произнесла:<br />- Давай, Тим, без геройства и фанатизма, м? Тебе действительно нужно отдохнуть. Я знаю, навалилось очень многое, но ты можешь наделать глупостей. Нам нужна твоя свежая голова, иди отдыхай.<br />Тимофей Тарабрин только коротко и неопределённо качнул головой и полез в машину. Сел на первое сидение, пристегнул ремень и отвернулся к окну. Он сейчас не хотел ни о чём думать, тем более ни с кем разговаривать. Разум словно отказывался сопоставлять все факты, складывать кусочки мозаики в единую картину. Предательский, липкий страх закопошился в недрах стандартного, рабочего волнения. Все события последних дней штурмовали память милиционера, и что самое плохое, не давали ответов, порождая всё новые и новые вопросы, и неестественную, совершенно не свойственную капитану, паранойю.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Wed, 27 Jun 2012 17:12:30 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=22#p22 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=15#p15 <p>Шаблон рекламы</p> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Wed, 27 Jun 2012 00:29:45 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=15#p15 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=12#p12 <p>Шаблон шапки (обязательные пункты):</p><div class="code-box"><strong class="legend">Код:</strong><div class="blockcode"><div class="scrollbox" style="height: 15em"><pre>[b]Автор:[/b] [b]Фэндом:[/b] [b]Пейринг:[/b] [b]Рейтинг:[/b] [b]Жанр:[/b] [b]Статус:[/b] [b]Предупреждение:[/b] [b]От автора:[/b]</pre></div></div></div> mybb@mybb.ru (Russian Slash) Tue, 26 Jun 2012 23:47:50 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=12#p12 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=11#p11 <p><strong>Автор:</strong>&#160; Полосатый Фредерик<br /><strong>Фэндом:</strong> «Час Волкова» <br /><strong>Пейринг:</strong> Каретников/Тарабрин<br /><strong>Рейтинг:</strong> G<br /><strong>Жанр:</strong> драма, сонгфик<br /><strong>Статус:</strong> закончен<br /><strong>Саундтрек:</strong> Пикник - А может быть и не было меня. (использованы строчки песни)</p> <p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71171022.jpg" alt="http://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71171022.jpg" /></p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать дальше</div><blockquote><p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">А может быть и не было меня – молчи<br />И сердце без меня само стучит<br />И рвутся струны сами собой<br />Как будто обрывается свет,<br />А может быть и нет...</span></span></p> <p>Из-за такой ерунды, как кашель Тимофей Тарабрин никогда в жизни не пошёл бы к врачу. Подумаешь, само пройдёт, невелика болячка. Но когда кашель стал затяжным и глубоким, майор Волков едва ли не насильно отправил своего напарника в больницу. В конце-концов, капитан тоже уже не был мальчишкой, на котором всё заживало, как на собаке. И как они любили шутить, тела их принадлежали управлению внутренних дел, соответственно, Тарабрин занимался ничем иным, как порчей казённого имущества.<br />Настроение у оперативника было самое паршивое. Мало того, что его замучил кашель, который отдавался болью в груди, так ещё и погода не радовала; дождливые и пасмурные дни шли друг за другом чередой. Одинаковые октябрьские дни казались наказанием за какие-то особые прегрешения. И Тимофей думал, что этот день такой же одинаковый и особенно странный, очень подходящий для того, чтобы застрелиться.<br />С такими мрачными мыслями он входил в кабинет участкового врача, и с ними же выходил оттуда. Терапевт, качая головой, назначила ему прогревание в процедурном кабинете, десять сеансов, не меньше. И уж конечно же, беречь себя на работе. Не перенапрягаться, а лучше - вообще взять больничный. Всё так радужно и позитивно, как будто бы Тимофей действительно мог себе это позволить, особенно сейчас, осенью, когда у всех маньяков и психов сезонное обострение. Впрочем, ему казалось, что это не зависит ни от какого времени года.<br />Дома ждала женщина. Которая переживала за капитана, поддерживала, как умела, а, самое главное, верила, что всё будет хорошо. Обязательно будет, и обязательно скоро. Вот только Тимофею отчего-то так не казалось. Жизненная стойкость оставалась, но оптимизма с каждым днём будто бы становилось всё меньше… Но каждый день капитан словно открывал второе дыхание в себе. Откуда оно бралось, сложно было сказать. Возможно, это тепло, которым окружали его близкие люди, несмотря на все трудности и беды. А может быть, старые воспоминания, которые как солнечные блики, то появлялись, то исчезали на краю сознания. Тарабрин всё время пытался найти то, чего ему так не хватало теперь, но никак не мог добраться до истины – она стекала как сквозь пальцы вода.</p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">А может быть и не было меня – скажи<br />И кровь, как речка между камней, сама бежит<br />И рвутся струны сами собой<br />Как будто обрывается свет,<br />А может быть и нет...</span></span></p> <p>Войдя в небольшой светлый кабинет со специфическим, процедурным запахом, Тимофей быстро снял обувь, оставляя у дверей. За пластиковой ширмой стояла кушетка, за ней же стоял стол, за которым сидел врач и что-то писал. Милиционер видел только край халата и кончик локтя, подрагивающий от резкого почерка, как предположил Тарабрин.<br />- Здравствуйте. Я к вам на процедуру. Это вы – доктор… - Тарабрин заглянул в направление. Пока он бегал оформлять больничный, участковая написала номер кабинета и фамилию врача. Конечно, неразборчиво, как и положено. Но когда Тимофей вчитался, сердце его пропустило два удара, - …Каретников?<br />Со скоростью света промчались мысли, обгоняющие и сбивающие одна другую. Как такое может быть? Родственник? Однофамилец? За доли секунд перед глазами словно плёнка жизни отмоталась назад.<br />- Проходите. – из-за ширмы донёсся плавный и мягкий голос. Неприкрытые ноты усталости заставили капитана невольно вздрогнуть и замереть на пороге. Что сделать, чтобы избежать его взгляда? Уйти прямо сейчас, ничего не говоря? Или…<br />Не успев додумать до конца, оперативник поднял голову и через мгновение мужчины смотрели друг на друга. Повисла бесконечная, гнетущая тишина.<br />Перед Тарабриным стоял Антон Каретников. Осунувшийся, сильно похудевший. Когда-то ярко-русые волосы теперь казались выцветшими и посеревшими от седины, а на лице проступило куда больше морщин. Но глубокие голубые глаза, и всё те же, чуть пухлые губы красивой формы, высокий лоб - всё оставалось таким же, как и тогда – и шесть лет назад, когда на суде оглашали приговор; и двенадцать лет назад, когда небо над головами было таким ярко-синим и солнце светило прямо в глаза, а ветер трепал волосы, гоняя по палубе теплохода искренний смех.<br />- Здравствуй, - спокойно и тихо сказал бывший хирург, - Тимофей.<br />От его голоса, в котором была такая неподдельная лёгкость, и вместе с тем тяжесть прошедших лет, у Тарабрина что-то заныло внутри, сжимаясь в липкий холодный комок где-то под рёбрами. Память, как назло, подкладывала всё новые и новые картинки воспоминаний, и каждая минута которых будто бы прошла вот только что. Утекла сквозь пальцы. Растворилась, как сигаретный дым.<br />- Проходи, Тарабрин, - снова нарушил молчание Каретников, - что у тебя за процедура?<br />Сухой и чёрствый ком царапал горло капитана милиции, то ли от вновь подступающего колкого кашля, то ли оттого, что от этой встречи перехватило дыхание. Он не мог отвести от Антона взгляд, перебирая в голове тысячи вариантов, как такое могло случиться. Какова была вероятность того, что в многомиллионном городе, среди сотен тюрем, больниц и судеб они встретятся вновь?<br />Устав ждать ответа, Каретников неуверенно махнул рукой в сторону аппарата, а потом вновь заговорил.<br />- Ты пришёл лечиться или на меня посмотреть, Тарабрин? – он легко усмехнулся и опустился на стул, проходя за ширму. Тимофей на негнущихся ногах прошёл за ним, отчего-то не решаясь даже сесть на кушетку.<br />- Послушай, Антон, я… - он нахмурился, на лбу появились морщинки, которые не пощадили и его. И несмотря на то, что Тима выглядел всё так же подтянуто и моложаво, его когда-то чёрные волосы почти полностью покрылись серебристым пеплом седины, а под глазами залегли тёмные тени.<br />- Не ожидал меня встретить, да, Тимофей? – бывший хирург усмехнулся, - хочешь знать, как я здесь оказался, и почему меня выпустили? – он кивнул на кушетку, - Ложись.<br />Как загипнотизированный, капитан опустился на кушетку и едва успевал следить за тем, как электроды мелькают в пальцах врача. Он всё время пытался прочитать в глазах Каретникова больше, чем он слышал. Всё время пытался поверить в произошедшее, а самое главное – не совершает ли он сейчас главную ошибку в своей жизни, ложась на его процедуру?<br />- Меня выпустили досрочно, как ты видишь. – тонкие провода словно специально спутались в узелки, и Антон Каретников медленно распутывал их, и так же медленно, мерно лилась его речь. – За примерное поведение. – в его голосе послышались знакомые Тимофею нотки и он чуть сжал пальцами больничную клеёнку под собой. – О, я подал столько апелляций, Тима, ты бы знал.<br />Тарабрин услышал, что тот улыбается, и содрогнулся про себя, вспоминая жуткую, совершенно безумную улыбку хирурга Каретникова тогда, в его ординаторской…<br />- Кроме того, в тюрьме я провёл несколько сложных операций, представляешь? – ловкие пальцы продолжали перебирать электроды, а странная улыбка не сходила с губ врача, - Хотя это и запрещено. Но дело в том, что врачи там оказались совсем никудышные…а я спас троих человек.<br />Наконец Антон поднял голову и посмотрел прямо Тиме в глаза, чего он почти не ожидал.<br />- Каретников, ты знаешь, что я…<br />- …не простил меня? Знаю, Тарабрин. – он легко усмехнулся, садясь на стул рядом с кушеткой, - Раздевайся.<br />- Что?! – Тимофей резко сел, собираясь встать, - ты что, Каретников?! Ты совсем умом-то повредился?! Ты вообще соображаешь, что ты творишь? Да тебе лечиться… - Тарабрин говорил захлёбываясь, по коже даже под одеждой прошёл мороз.<br />- Тарабрин, - всё так же мягко и насмешливо, почти нежно обхватывая слова, произнесли губы Антона Каретникова, - я не могу поставить тебе электроды на кофту, понимаешь? Это тебе лечиться надо, у тебя, кажется, вялотекущее воспаление лёгких, а это очень серьёзно.<br />Капитан Тарабрин осел на кушетке. Сердце глухо колотило по рёбрам, как по прутьям решётки. В ушах зашумело, словно накатили волны за бортом теплохода…<br />Он молча лёг, прикрывая глаза, медленно расстёгивая толстовку. Сухие тёплые пальцы врача коснулись его футболки, задирая её, проводя ладонью по коже вверх. Следом кожа сморщилась под присосками, а сверху вновь опустилась его собственная кофта. От раздирающих душу эмоций, накативших вслед за прикосновениями, Тимофей задрожал и закрыл глаза. Он проклинал себя за то, что даже не слова не смог нормально сказать, за то, что только что вел себя как подросток-дегенерат, который из-за своих комплексов в чужих словах видит намёки. А голос Каретникова, баюкающий и тихий, всё продолжал говорить.<br />- Я все эти шесть лет думал, Тимофей… Думал о жизни, о смерти. О мести…О справедливости. И, знаешь, что? - изменившиеся интонации снова дали оперативнику понять, что их обладатель улыбается, - Я понял очень важную вещь, Тарабрин. Я понял, что мог совершить страшную ошибку, но не совершил её. Я не тот человек, который жалеет о содеянном, ты знаешь меня. Но об этом я мог пожалеть, Тима.<br />Антон Каретников встал и подошёл к своему столу, быстро черкнув что-то на справке Тимофея Тарабрина. Потом достал из ящика стола сигареты и щёлкнул зажигалкой. В процедурном кабинете было категорически запрещено курить, но капитан понимал мужчину сейчас. Он жалел, что кашель мучает его настолько, что сам он не мог бы закурить, даже если бы захотел.<br />- Если бы я убил тебя тогда, я не смог бы тебя сейчас увидеть. – хрипло и глухо, словно прямо из самого прошлого, произнёс бывший хирург. – И сейчас я понимаю, от чего ты меня спас, Тарабрин. Я не знаю, что понял ты за эти шесть лет, но я хотел бы спросить тебя…Счастлив ли ты?<br />Тимофею показалось, что по электродам, по тоненьким цветным проводам прямо от слов Антона поступает открытый электрический ток, пронзающий всё тело, обжигающий и сжигающий сердце, минуя всё остальное; пронзительно и болезненно…<br />Голос Каретникова звучал всё тише, а потом вдруг остановился у самого уха Тимофея, касаясь горячим дыханием, мягкими тёплыми губами краешка мочки.<br />- Я счастлив, Тарабрин…а ты?</p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">И лед тебя коснется и жар – замри, очнись<br />Спокойною и легкой рукой листая дни<br />И рвутся струны сами собой<br />Как будто обрывается свет…</span></span></p> <p>Капитан Тарабрин вздрогнул от чужого прикосновения и понял, что заснул. Над ним склонилась пожилая женщина, которая собирала с него электроды, сматывая проводки.<br />- Извините… - пробормотал мужчина.<br />- Ничего страшного, выздоравливайте, - улыбнулась она и отошла за шторку.<br />Тимофей сел и потёр виски.<br />- Ещё такой вопрос, уважаемая, а доктор Каретников уже ушёл?<br />- Каретников?.. – удивлённо переспросила женщина, поворачиваясь к Тиме. – Какой Каретников? Я работаю одна в этом кабинете. Может быть, вы перепутали…спросите в регистратуре, молодой человек.<br />- Спасибо…Извините.<br />Двигаясь ещё словно в полусне, Тарабрин одел обувь и спустился в регистратуру; натягивая куртку, наклонился к окошечку.<br />- Девушка, милая, скажите пожалуйста, где мне найти доктора Каретникова?<br />- Каретникова? – большие глаза раскрылись и она похлопала пушистыми ресницами.<br />- Да, Антона Андреевича…<br />Девушка прищурилась, чуть насмешливо глядя на Тимофея.<br />- А у нас такой не работает! Вы что-то перепутали, мужчина. – и легко повела плечами, улыбнувшись.<br />Капитан Тарабрин медленно отошёл от окна и вышел на улицу. Всё так же лил дождь, сумерки начинали сгущаться над городом, и первые фонари растеклись под ногами в лужах ярким масляным светом. Тимофей добрёл до остановки и достал сотовый телефон из кармана, набрал несколько цифр и дождался ответа…<br />… мимо проходили люди и несколько раз прошли маршрутки и нужный автобус. А Тимофей Тарабрин сидел и смотрел в погасший экран телефона. Антон Каретников умер от воспаления лёгких в тюрьме чуть больше месяца назад.</p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">…А может быть и нет…<br />А может быть и нет.</span></span></p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Tue, 26 Jun 2012 21:30:04 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=11#p11 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=10#p10 <p><strong>Автор:</strong>&#160; Полосатый Фредерик<br /><strong>Фэндом:</strong> «Час Волкова» <br /><strong>Пейринг:</strong> нет<br /><strong>Рейтинг:</strong> G<br /><strong>Жанр:</strong> юмор<br /><strong>Статус:</strong> закончен<br /><strong>Дисклеймер:</strong> не претендую на все чужие идеи, беру только поиграть. <br /><strong>Посвящение:</strong>&#160; squirrel buckwheat <br /><strong>От автора:</strong> В фанфике присутствуют неизменённые цитаты из сериала.</p> <p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71122970.jpg" alt="http://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71122970.jpg" /></p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать дальше</div><blockquote><p>И всё бы ничего, вот только безумный круговорот женщин в природе становился всё более невыносимым. Круговорот осуществлялся, разумеется, вокруг Тимофея Тарабрина, и с каждым разом ускорялся и приобретал абсурдный оттенок. &quot;Ах ты мой пупсик&quot; и &quot;сладкий мой зайчик&quot; окончательно встали поперёк горла у капитана милиции однажды утром, когда он проснулся и обнаружил себя в постели с очередной девицей. Она была мила и даже красива, но тошно было настолько, что решение было совершенно однозначным. Тогда он просто оделся и сказал:<br />- Знаешь, прекрасное утро для того, чтобы всё закончилось.<br />И ушёл, закрыв за собой дверь, в холодную реальность октября, а если немного точнее, то на работу, в любимый убойный отдел. Нет, грустить из-за пустяков - это не для Тимы. Он так же бодро и колко будет отвечать на ядовитый юмор коллег, а потом...когда-нибудь потом подумает, как ему жить дальше.</p> <p>- Кажется, у тебя появилась масса свободного времени, а, Тимофей? - с лёгкой усмешкой говорил майор Волков, когда после работы оба служителя закона отправились в пивную, чтобы пропустить там пару кружек. А, может быть, отведать чего покрепче.<br />- Ну, Антоныч, на столь значительное дело у меня всегда время найдётся, ты же знаешь, - тонко улыбнулся Тарабрин, усаживаясь за столик, украшенный суровой советской клеёнкой, явно видавшей виды. - Может быть, водки сегодня, а?<br />Пётр Волков крякнул.<br />- Ну вы даёте, молодой человек. - он прищурился. В глазах заплясали хитрые искорки, но больше майор ничего не сказал. От его проницательности даже у Тимофея иногда шли мурашки по коже. Но это могло означать также только и то, что старший следователь, на самом-то деле, очень не против подобного хулиганства.<br />Уже после второй стопки разговор потёк живее. Темы, казалось бы, самые что ни на есть тривиальные: работа, спорт, активный отдых... Когда всё начало приближаться к теме семьи, капитан постарался увернуть от неё, как мог. Но всё же не вышло - Волков уже вполне достаточно выпил, чтобы акцентировать внимание на теме, давно его интересовавшей.<br />- Тимка, ну что ты всё маешься? Ну хватит уже бегать за юбками, ведь ты уже не мальчик, право слово. Неужели нет желания завести семью?<br />- Да какая семья, Антоныч! Ты же сам говорил, что нам, ментам, в личной жизни счастья не видать. - вяло отозвался его молодой напарник. - Да и знаешь...отпало, наверное, желание. Может, я и не нормальный человек вовсе. Ну их...баб.- и одним махом опрокинул в себя прозрачную горячительную жидкость. Пётр Антонович только рукой махнул. Спорить с капитаном было бесполезно, более того - себе дороже. Хозяин, как говорится, барин.</p> <p>После водки оно, конечно, с утра не очень. А любимую оперативную работу в четверг с утра никто и не думал отменять. За окном зарядил неприятного вида дождь, и Тимофей нехотя, крайне нехотя покидал постель. После завтрака стало значительно легче, и капитан спустился на лифте вниз, заводя машину. Со вчерашнего дня, не переставая, у него в голове развернулось целое сражение между собственными мыслями. Что с ним такое происходит? Если раньше одна женщина сменялась другой, и Тарабрина это ни капли не смущало (чего уж говорить - он мог встречаться и с тремя сразу!), то теперь от них было только разочарование и даже раздражение.<br />Невольно вспомнился вчерашний разговор с Волковым и собственные слова. &quot;Ну их, баб&quot; - звенели они в голове. А, может, есть в этом какой-то резон? Может, он, Тимофей Тарабрин, всю жизнь против своей природы переть пытался, и все восхищения накачанными коллегами мужского пола - не просто так шуточки?<br />Но эта мысль радости не прибавила, даже, скорее, наоборот, вселила массу побочных беспокойств. Правда, на душе всё равно стало легче. Главным сейчас было то, что никто ни о чём не догадывался. И все перемены, так активно происходившие в жизни капитана, оставались за семью замками для всех окружающих.</p> <p>Однако, чем дальше, тем сильнее осознавал Тарабрин свою истинную сущность. «Это же насколько нужно было ошибаться в самом себе» - думал он с легкой горечью, которая взахлёб смешивалась с ощущением настоящего, искреннего счастья. – «Кажется, так люди и обретают крылья…». И теперь время летело быстро, словно мчалось навстречу свету и теплу, воцарившимся в душе. Память услужливо подсунула Тимофею эпизод из его юности, который раньше так старательно хоронила в самой глубине подсознания.<br />А ведь у него был сексуальный опыт с партнёром своего пола, хоть и из любопытства, из-за неуёмных подростковых гормонов. Самым страшным тогда было то, что ему понравилось. Да, чёрт возьми, ему, родившемуся в СССР, который всю школу гордо проходил со значком октябрёнка…понравилось. Даже тот факт, что времена менялись, не убедил испуганного Тимофея, и чем больше он думал, тем яснее понимал, что невероятная череда женщин – только попытка навязать себе ту стандартную модель поведения, которая на самом деле была для него невозможна. <br />Измучившийся капитан думал, что это будет невероятно сложно – перестать врать себе. Конечно, первый шаг дался ему очень непросто, но Тарабрин не привык пасовать перед трудностями. И пусть постоянного партнёра у него ещё не было, теперь он точно знал, как получать от жизни настоящее удовольствие. Точнее говоря, последняя недостающая деталь в мозаике встала на своё место.</p> <p>Осталась только одна проблема – признаться коллегам по работе. Рано или поздно они всё равно узнали бы; профессионализм и любопытство сыщиков не знает границ, да и коллеги были едва ли не самыми близкими людьми на свете. Поэтому лучшим вариантом было то, что информация придёт от самого Тимофея. Адреналин в крови подскочил, и у Тарабрина сразу приподнялось настроение. Отчего-то перед глазами встал старый мультик и известная фраза оттуда: «Интересно только, что скажет мама…Представляю, как рассердится папа!». <br />Если подумать, то иногда майор Волков и капитан Филатова вели себя по отношению к самому младшему сотруднику – то есть Тимофею – именно как родители. Откровенно говоря, капитан это ценил, просто никогда не показывал. Он знал, что объяснить им будет непросто, но верил, что они примут его таким, какой он есть. А про Лапина ему думать не хотелось вообще. Но и он, в сущности, никуда не денется.</p> <p>Время летело как ветер, набирая силу, подгоняя милиционеров, подхлёстывая и поддразнивая. Казалось, что преступник играл с ними, как с малыми детьми. И непредвиденные проколы выматывали, выводили из себя, да так, что сконцентрироваться было почти невозможно.<br />Варвара Филатова удалилась на вскрытие нового трупа, а майор Волков схватился за голову.<br />- Надеюсь, ты нашёл хоть что-то на типов, работавших с убитым?<br />- Обижаешь, Пётр Антоныч, естественно я нашёл. – Тарабрин закинул ногу на ногу и сел к столу майора, раскрывая папку, - Во-первых, до собственной банды, они состояли в преступной группировке, которая дислоцировалась в Зеленограде, и занималась только мелкими делами, да и то, по ближайшему Подмосковью. Вот, посмотри, здесь на них всё есть. Затем произошёл раскол в банде, и что получилось? А получилось вот что – трое, в том числе и убитый Александр Маркелов – приехали в Москву, где и остались. – Тимофей перевернул страницу и пробежал глазами текст, - Забавно, они не раз попадались и сидели по отдельности, некоторые случаи просто фееричны. Они сдавали друг друга, а потом всё равно зачем-то орудовали вместе. Поэтому, есть все основания полагать, что это кто-то из своих. Обиды могли накопиться, да и…<br />- Это что, всё, Тима? – Волков приподнял брови и на лбу образовались глубокие складки.<br />- Ну, - капитан внезапно замялся, - я вообще то ещё тебе хотел сказать…<br />- Что, говори быстрей!<br />Тарабрин выдержал паузу, поднимая голову. Он постарался быть как можно серьёзнее, хотя нижняя губа предательски дрогнула, а сердце сжалось в маленький комочек и забилось часто-часто-часто…<br />- Пётр Антонович…я гей.<br />- Что?! – взвился Волков, сдирая куртку со стула, быстро одевая её, не отрывая глаз от капитана, - Тимофей! Ты или шути смешно, или прекращай это делать! Мы опаздываем, а ты тут…Давай быстрее! Нам ведь надо их успеть допросить, этих, остальных. Потому что если это не кто-то из них, значит, они тоже могут быть потенциальными жертвами, понял?</p> <p>Капитан Тарабрин считал, что у капитана Филатовой реально можно научиться актёрскому искусству. То ли она так умело прятала улыбку, то ли действительно восприняла его слова серьёзно, он так и не понял. Варвара, как и сам Тарабрин, умела сказать что-то с каменным выражением лица, а потом выяснялось, что это был гениально преподнесённый прикол. И сейчас Тимофей на своей шкуре прекрасно прочувствовал всю гамму эмоций, которые испытывает человек, не понимающий, шутят над ним или нет.<br />Когда они вышли на улицу, Варвара предложила пройтись до почты пешком, а там уже разойтись по нужным сторонам – всё равно Тима в начале недели сдал свою машину в ремонт, так как у неё забарахлил двигатель.<br />По-настоящему Тарабрин начал жалеть о своём признании, когда криминалист легко толкнула его в бок и незаметно кивнула на молодого человека, и прошептала заговорщицким шёпотом:<br />- Тима, скажи, вот этот молодой человек в твоём вкусе?<br />Капитан даже не нашёлся сразу что ответить. Он возмущённо цыкнул и отвернулся в другую сторону. Но Филатова на этот раз потянула его за рукав.<br />- А этот, смотри! По-моему, очень симпатичный?<br />Но последней каплей стало то, что она затащила его в какой-то новый магазин с модной одеждой и начала показывать цветные шарфики, разговаривая то ли с ним, то ли сама с собой:<br />- Посмотри-ка, вот этот явно ничего… А этот?<br />- Так, Варвара! – не выдержал Тимофей, подхватывая её под локоть, - ну хватит! Пойдём!<br />Это было действительно невыносимо. Даже несмотря на то, что один шарф ему понравился - белый, с оранжевой и чёрной полосой. </p> <p>Теория о причастности бывших участников одной группировки к убийству не подтвердилась. В ходе следствия было обнаружено, что в смерти Маркелова был очень заинтересован его младший брат, который почти десять лед таил обиду и решил ему отомстить, пытаясь отвести подозрения от себя. В итоге, дело было успешно закрыто. <br />- Это определённо стоит отметить, - сказала Варвара, улыбаясь, и достала из сумки бутылку отличного виски, опустив на стол Петра Волкова. – Большое дело мы сделали, мальчики, верно я говорю?<br />- Абсолютно верно, - кивнул майор и подмигнул капитану. Тарабрин поднялся со своего места и выключил компьютер.<br />- Тима, куда это ты собрался? – Волков прищурился, внимательно глядя на младшего сотрудника, - быстро взял стул и стакан, понял? Да, это приказ.<br />Тимофей молча взял стул и подсел к ним.<br />- Это ещё что за новости? – проворчал Пётр Антонович, разливая красивый янтарный напиток, наполняя всем стаканы до половины, - ты, Тимочка, заболел что ли?<br />- Мне, Пётр Антонович, и… - он посмотрел на Филатову, - Варвара Николаевна, надо с вами поговорить.<br />- Так, выпей. – майор протянул ему стакан, - а потом уже говорить будешь.<br />Три стакана тихо звякнули друг о друга и их содержимое исчезло так же быстро, как и появилось в них. Только после второго захода Тарабрин продолжил:<br />- Вы не поняли…я гей. На самом деле. Я не шучу, понимаете? Мне не нравятся девушки, я не умею с ними обращаться. – голос его стал тише, но говорил он от этого не менее твёрдо, - Мне мужчины нравятся. Сильные и уверенные в себе люди…<br />В офисе отдела повисла гробовая тишина. Она была настолько полной, что у Тимофея зазвенело в ушах и как-то нехорошо сжало под рёбрами. Сердце снова запрыгало и забилось, ему вдруг захотелось провалиться сквозь землю.<br />- Тимочка… - заговорила Варвара и улыбнулась, едва не рассмеявшись, но всё-таки удержалась, - дорогой ты наш. Ну вот где же ты был шесть лет назад, а? <br />- Почему…почему шесть? – приподнял бровь капитан милиции, который всё-таки не успел обидеться на такую реакцию, переключившись на интересующую его деталь. – я только сам недавно это узнал!<br />- Так ведь капитан Филатова с тобой в отделе шесть лет работает, - вставил майор Волков, доставая из стола небольшую коробку конфет. Варвара взяла одну штуку и отправила себе в рот, кивая. – А ты и сам знаешь, она – гений.<br />И криминалист кивнула второй раз. Машинально кивнул и Тарабрин, всё ещё не до конца ещё понимая, в чём суть. Пётр Антонович разлил всем ещё по стакану и посмотрел на Тимофея. В глазах майора была какая-то странная, тёплая грусть, и в то же время, неподдельная искренность.<br />- Эка, Тима, - по-доброму усмехнулся он, поднимая свой стакан, - удивил.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Tue, 26 Jun 2012 21:22:41 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=10#p10 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=9#p9 <p><strong>Автор:</strong>&#160; Полосатый Фредерик<br /><strong>Фэндом:</strong> «Час Волкова» (1.01)<br /><strong>Пейринг:</strong> Каретников/Тарабрин<br /><strong>Рейтинг:</strong> NC-17<br /><strong>Жанр:</strong> драма, hurt/comfort, детектив<br /><strong>Статус:</strong> закончен<br /><strong>Дисклеймер:</strong> не претендую на все чужие идеи, беру только поиграть. <br /><strong>Посвящение:</strong>&#160; squirrel buckwheat<br /><strong>От автора:</strong> первый фик по данному фандому. надеюсь, он вам понравится. В фанфике присутствуют неизменённые диалоги прямо из серии &quot;Зона доступа&quot;.</p> <p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71028324.jpg" alt="http://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71028324.jpg" /></p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать дальше</div><blockquote><p>- Тима…Тимофей!<br />- А?... – Тарабрин поднял голову, пытаясь моментально сфокусировать взгляд и определить, откуда исходят знакомые звуки.<br />- Тима, Тима… - майор Волков укоризненно покачал головой, - да иди ты уже отдыхай домой. На дворе ночь почти, завтра на свежую голову будем разбираться. Да ты спишь ведь уже!<br />- Не, не, не сплю я, Пётр Антоныч… - капитан потёр глаза пальцами и тряхнул головой, делая глоток уже остывшего кофе.<br />- Ну смотри. Я вот пойду, ужинать и телевизор смотреть. – майор усмехнулся тихо и завязал шарф. На улице уже теплело, всё-таки, апрель как-никак, но ночами было холодно. Суровый российский климат, разумеется. – И тебе советую.<br />Тарабрин рассеянно кивнул, утыкаясь в папку с делом по маньяку. Да, именно по маньяку, потому что это уже очевидная серия. Пропадают и погибают проститутки, почерк один и тот же – сомнений тут никаких быть не может. Но что-то всё время ускользало прямо из-под носа, и капитан милиции с тоской подумал, что в этом виноват поздний час и вскипевшие мозги. Но данный факт оставлять без внимания было нельзя.<br />Он тяжело поднялся из-за стола, натягивая куртку, двигаясь уже в полусне. Дотянулся до любимого полосатого шарфа и замотал вокруг шеи. Внезапно замер, глядя на стол, словно забыв что-то…Потом махнул рукой и проверил в кармане ключи от машины. Вышел из кабинета, выключая настольную лампу. Закрыл дверь на ключ, чтобы потом отнести его на вахту.<br />Дома было пусто и холодно, в общем-то, как и всегда. Квартира Тимофея Тарабрина была образцовым примером холостяцкого быта. Тут был и красный угол для электрогитары и усилителей с колонками, и кухня с немытой посудой и наспех заправленная кровать. Многие бы назвали Тиму педантом и чистюлей, но врят ли кто-либо мог знать, что чаще всего капитан приходил с работы, просто падал на диван, включал телевизор, и что-либо делать по дому не оставалось никаких сил. А ещё он иногда сидел на кухне и смотрел в окно до самой темноты, и ещё реже – курил одну или две сигареты. Дома его никто не застал бы за этим занятием.<br />Так и сейчас, Тарабрин скинул ботинки в прихожей и прошёл в комнату, не включая нигде свет. За окном, кажется, пошёл дождь. Кое-как сняв верхнюю одежду, Тимофей устало опустился на диван и ткнул кнопку пульта. На экране появился какой-то фильм. Мозг милиционера отказывался тратить усилия на новую обработку информации, поэтому Тима просто тупо смотрел на экран. <br />А в голубом экране мелькали картинки с содержанием похожего цвета. Какие-то люди то ли признавались друг другу в любви, то ли наоборот, ругались и пытались разойтись…</p> <p>- …мы прерываем показ утреннего шоу для экстренного сообщения. Сегодня утром в гостинице был найден труп молодой девушки, по всей видимости, оказывающей услуги интимного характера. Ведётся расследование, комментарии милиции…<br />Тимофей подскочил на диване и постарался сразу же сосредоточиться. Он был у себя дома, и вроде бы один. Почему-то телевизор работал. Почему-то сам Тарабрин проснулся на диване и в одежде, а не в своей постели. Но времени на эти размышления уже не оставалось, нужно было мчаться на новое место происшествия. Словно в подтверждение зазвонил сотовый телефон.<br />- Где тебя носит, Тимофей?! – трубил майор Волков. – Новый труп у нас! Срочно приезжай!<br />- Уже лечу, Антоныч! – бросил Тарабрин и забегал по квартире. Он уже не удивлялся, как ему удаётся настолько быстро собираться. Военная подготовка, конечно, хорошо, но работа в милиции – это особый вид экстремального отдыха, как иногда любил шутить он сам. Чистка зубов, переодевание и бритьё; всё это занимало меньше двадцати минут. Выключив телевизор, и горестно вздохнув в сторону холодильника, Тимофей вышел из квартиры.</p> <p>- Это же Соня!<br />- Кто?!<br />- Соня Каретникова… - Тарабрин присел на корточки рядом с безжизненным телом и наклонился, вглядываясь в её лицо, - я знал её.<br />Волков нахмурился:<br />- Откуда же?<br />- Да со школы мы дружили, понимаешь? Виделись периодически…Ну и не только виделись. Так странно, Пётр Антоныч. – Тимофей поднял голову, - вроде бы пару недель назад пересекались, а теперь вон оно как…<br />Майор ничего не ответил, только глухо усмехнулся.<br />- Кажется, серия подтверждается? – капитан Филатова выглядела свежей, как и всегда. На руках были резиновые перчатки, сбор улик был почти закончен.<br />- Подтверждается?... – глупо переспросил Тарабрин, глядя Варваре в глаза.<br />- Ну конечно, Тимочка. Всё очень на то похоже. Да и ты посмотри как она одета. – Филатова откинула простынь, которой уже успели прикрыть труп заботливые криминалисты.<br />- Но Соня…Соня-то не была проституткой! Да я точно вам говорю! Обоим! – Тарабрин чуть растерянно перевёл взгляд на Волкова.<br />Варвара покачала головой и попыталась спрятать ехидное выражение лица, отвернувшись, а майор вздохнул.<br />- Это мы ещё будем проверять, Тима.<br />- Проверять… да у неё и муж есть, врач он крутой. Чуть ли не главный хирург. И ревнивый дико, прям Отелло настоящий. Какая уж тут проституция!<br />- Вот с этого и начнём.<br />Найти в Москве врача с прекрасной репутацией и известной фамилией оказалось совсем несложно. Через пару часов Волков и Тарабрин ждали в коридоре больницы. В регистратуре сообщили, что Каретников ведёт сложную операцию.<br />Белые стены никогда Тимофею не нравились. Лежать в больнице было настоящей мукой, а если ещё и операция…По коже невольно пробежали мурашки. Дело, пожалуй, было не только в самом помещении, в угнетающей, болезненной атмосфере…<br />Тарабрин не хотел встречаться с этим человеком. Он не хотел смотреть в глаза тому, с кем когда-то жизнь уже сводила, и сводила в очень странном ключе. А теперь его жена мертва. Женщина, с которой тоже было связано немало воспоминаний…<br />- Извините, что я заставил вас ждать.– в коридор из-за тяжёлой металлической двери реанимационной вышел человек с неброской, но отчего-то очень запоминающейся внешностью. – Простите, у меня была сложная восьмичасовая операция. Что вы хотели?<br />Сотрудники убойного отдела переглянулись. Взгляды сделались очень красноречивыми. Тимофей выразительно попытался намекнуть на то, что, мол, о столь деликатной вещи, как убийство супруги, пострадавшему мог бы сообщить и старший по званию. Волков, в свою очередь, так же, взглядом, старался убедить своего напарника, что лучше бы он сам, как более близкий семье человек, это сообщил.<br />- Так что случилось? – на лице хирурга появилось заметное беспокойство, - ну?<br />Тарабрин просто не выдержал.<br />- Антон, твою жену убили. – ему так не хотелось смотреть Каретникову в глаза. Пожалуйста, только не это.<br />- Что?... – голос врача словно стал тоньше. Он дрогнул, и стал каким-то тихим-тихим.<br />- Соню убили… - повторил Тимофей и посмотрел в дверной проём, залитый весенним солнечным светом.<br />- Как…убили? – Антон Каретников старался заглянуть Тимофею в лицо, словно не замечая майора, - Как убили?!<br />Капитан молчал, не зная, как отвечать на этот вопрос. На любые его вопросы. Он чувствовал себя так скверно, словно сам убил Соню, а теперь старается это скрыть от её же мужа. Тем временем, хирург посмотрел на Волкова, словно пытаясь добиться ответа от него, раз Тарабрин не отвечал ему. Но и он молчал, старательно отводя взгляд.<br />- Я хочу её увидеть. – Каретников сжал кулаки, так сильно, что костяшки пальцев побелели, - Ну что вы молчите?! Я могу её увидеть?!</p> <p><span style="font-style: italic">Это было похоже на странное зарубежное кино. На сон, на совсем иную историю. Сложно было представить, что такое случилось когда-то…Давно-давно, казалось, уже в прошлой жизни…<br />- Тимофей, ты только послушай, какое у меня есть прекрасное предложение! У нас есть возможность поехать на целых две недели на теплоходе по маршруту Москва-Петербург. Что скажешь, Тарабрин? Не надоело ещё преступников ловить?<br />И Тимофей поддался на этот соблазн. С Антоном они общались уже довольно давно, познакомились на какой-то вечеринке у общего знакомого, да и это было уже не так важно. Главным было то, что общение продолжилось, и было приятно обеим сторонам. А сейчас Каретников стоял с путёвкой в речной круиз на двух человек, а всё, о чём мог мечтать свежеиспечённый капитан милиции – это долгожданный отпуск в приятной компании. Тем более, что без помощи друга путёвку ему было бы не потянуть.<br />Идея была одобрена, сумка собрана, и путешествие началось великолепно. Теплоход попался что ни на есть роскошный, четырёхпалубный, со всеми удобствами и даже больше.<br />Тарабрин с большим удовольствием разглядывал их двухместную каюту, с таким же удовольствием они с Каретниковым рассматривали винную карту местного ресторана, который находился на самой верхней палубе, и в окна открывался непередаваемый вид на протяжении всего путешествия…</p> <p>- Ну как тебе, Тарабрин? – Антон откинулся на спинку стула и достал сигарету, придвинув пепельницу к себе. – Согласись, это великолепно. Плыви себе, радуйся жизни, наслаждайся отдыхом, а дела пусть подождут.<br />- От и до поддерживаю, - кивнул Тимофей и принял из рук фигуристой официантки бутылку хорошего виски, которую они заказали в баре. Разумеется, не переминул проводить девушку взглядом. – И потому предлагаю это как следует отметить.<br />- Бабник ты, Тарабрин, - усмехнулся Каретников, слегка прищурившись, поднимая свой стакан со светло-янтарной, слегка маслянистой жидкостью, выпуская несколько колечек дыма. Капитан милиции, сидевший напротив, повторил жест со стаканом и чуть криво улыбнулся, ничего не ответив. Сезон отпуска можно было считать открытым.</p> <p>- Антон, вот ты врач, так ты скажи мне, давай, по-своему, по-умному… - язык Тимофея почти не слушался. Он стряхнул пепел с сигареты, которую вытащил из пачки своего собеседника, и курил, несмотря на то, что вёл спортивный образ жизни, и не курил, будучи в городе, вообще. - …вот отчего баб у меня много, а ни с одной не складывается, а? И каждый раз кажется мне, что вот она, единственная! А потом – выясняется, что нет, нифига! И хорошо, что вовремя выясняется…вот ты скажи, а? А друзья мои – они вот совсем другое дело…хоть с другом и живи!<br />Вторая бутылка виски была начата, время близилось к часу ночи, из ресторана можно было не уходить ещё очень долго, чем пользовались многие люди, также проводившие свои выходные дни на борту теплохода. <br />- А что я могу тебе сказать? – Каретников отозвался на тираду друга нетрезвым, чуть хриплым баритоном.- Вот и выбери себе…друга, Тарабрин. Что в этом такого, я не понимаю. <br />Время словно остановилось, плыло кольцами сигаретного дыма, текло обжигающими каплями по горлу…</p> <p>- Ты просто доверяй мне, Тима… - мягкие губы Каретникова скользнули по шее Тарабрина, слегка задевая кадык, и вновь остановились, - Не бойся. Тебе просто будет хорошо…<br />Горячий шёпот в темноте, лёгкий плеск волн о борт судна, алкогольный туман, всё так способствовало расслабленной и интимной обстановке. И казалось, что вся эта волшебная ночь принадлежит только им двоим.<br />Тимофей и сам не понимал, как он оказался на кровати под Антоном. Отчего позволял себя целовать и бесстыдно ласкать своё тело. Скользить рукам Каретникова под одежду, задевать соски, заставляя их затвердеть и заныть от предвкушения.<br />- Я покажу тебе…Я научу тебя, - шептал вкрадчивый, мягкий голос врача, и Тимофей безоговорочно верил ему в тот момент. <br />Каретников весь вечер говорил ему о том, что геями не становятся, ими рождаются, говорил про изменения на генном уровне, рассказывал столько историй из жизни…А Тима сидел и слушал, прикрыв глаза, курил, периодически делал глоток из свего стакана и покусывал нижнюю губу, зачем-то представляя себя в постели Антона.<br />А сейчас он лежал, прижатый весом врача к мягким простыням, и сердце билось часто-часто. Тарабрин прикрыл глаза, стараясь прислушиваться к своим ощущениям, но они бежали быстрее него, захлестывая с головой. Он даже не успевал удивляться тому, откуда пальцы Каретникова так точно знают, какие точки на теле Тимы задеть, чтобы он застонал громче. И почему он раздевает и целует так умело, почему с собой у него и вазелин и презервативы? А самое главное, отчего же у Тимофея так горит в груди и тягучая, сладкая тяжесть опускается в пах?...</p> <p>- Ещё! Еще…О Боже!!…Пожалуйста, ещё… - хрипло, глухо, почти неслышно и почти оглушительно шептали губы Тимофея. Он отчаянно цеплялся пальцами за простыни, натягивая их, насколько это позволяла ткань. Сильные, глубокие толчки Каретникова, его большой член, с каждым проникновением задевающий простату, раскалившийся воздух – всё это сводило с ума и заставляло желать большего.<br />Ещё немного, ещё чуть-чуть. Страсть, захлестнувшая молодых людей, сжигала дотла. Пальцы Антона сжимали влажную головку Тимкиного члена, жестко и ритмично лаская, заставляя Тарабрина вздрагивать с каждым разом всё резче и всё сильнее прогибаться в спине, пытаясь двигаться навстречу.<br />Всего пара толчков, пара мгновений, и Тимофею кажется, что он способен дотянуться до звёзд, и яркие вспышки ощущений почти осязаемы. И кончая, он шептал, говорил и кричал имя Каретникова, забывая обо всём на свете…</p> <p>Простой теплоходный круиз превратился в бесконечный яркий калейдоскоп сладостных моментов, пьянящих вечеров, огромных ярких звёзд и нескончаемую череду новых ощущений. Тимофей Тарабрин и Антон Каретников жили каждым наступающим днём, наслаждаясь друг другом, и совершенно не думая о том, что помимо них, где-то за бортом теплохода, существует какая-то совершенно другая, серая, скучная жизнь.</span></p> <p>Воспоминания не давали Тимофею сосредоточиться. Он потёр виски, надавив на них пальцами, прищурился, вглядываясь в фотографии жертв.<br />- Тима, я сейчас поеду собирать сведения по жертвам, а ты более детально займись маньяком. Наверняка найдётся что-то такое, что даст нам зацепку. Поговори с Лапиным, в конце-концов, пусть тоже думает, а то только языком чешет.<br />- Да, конечно, Антоныч, сделаю… - ответил он, подняв голову, проводив майора взглядом, а потом посмотрел в окно. Даже самые простые воспоминания кружили голову, словно это случилось вчера. Что-то заныло слева в груди, и Тарабрин постарался отогнать от себя все лишние мысли, которые так настойчиво отвлекали от работы. Хотя, конечно, мир слишком тесен. Кто знает, что означает этот знак свыше для него? А для Каретникова? Черт…<br />- …ну так вот я ему это и предлагаю! – громогласно подытожил Сергей Лапин, входя в кабинет следователей. – Эй, Тарабрин, мне кажется, или ты снова бездельничаешь?!<br />- К твоему сведению, Лапин, я работаю, - огрызнулся Тимофей и посмотрел на тучного майора, который буравил его взглядом. – а ты почему слоняешься туда-сюда?!<br />- У меня, как и всегда, возникла блестящая идея, Тарабрин! – милиционер аж засветился от счастья, - Мы попробуем поймать его с помощью видеообращения!<br />- Так это не твоя идея, Лапин! – поджал губы капитан, закрывая папку, - а того психолога, с которой я встречался позавчера. И которая, между прочим, очень много рассказала о серийных убийцах. И моя интуиция говорит мне, что это с ней у вас будет интервью.<br />- Так, Тарабрин, - чуть замялся Сергей, - дела это всё равно не меняет. – он повысил голос, - А ты езжай работай, нечего тут на одном месте брюки протирать!</p> <p>- Антоныч, ты слушай, что только что случилось! Обнаружен маньяк! – голос срывался и терялся в треске отвратительной сотовой связи.<br />- Тима! Он задержан? Я не слышу тебя совсем, повтори!<br />- Его сбила машина, и его везут в больницу, прямо сейчас! Говорят, к Каретникову! Я тебя прошу, езжай туда! Каретников жесткий и агрессивный человек, он может натворить дел, когда этот урод окажется у него на операционном столе!<br />- Я тебя понял! До связи, Тимофей. </p> <p>- Ну всё, Тим, он делает операцию. Я попросил его сделать анализ ДНК по крови этого самого…маньяка. Варвара сказала, что под ногтями Каретниковой были обнаружены образцы кожи, скорее всего, напавшего на неё человека – она пыталась защищаться.<br />Тарабрин кивнул и посмотрел на часы. Через полтора часа можно было выезжать в клинику, Антон Каретников назначил сотрудникам убойного отдела встречу для передачи результата анализов и ответов на интересующие их вопросы. Тимофею казалось, что время тянется бесконечно долго, что на часах невероятно медленно передвигаются стрелки.<br />То ли в последнее время капитан недосыпал, то ли вынужденная встреча с Антоном как-то повлияла, но он поймал себя на мысли, что вновь думает о делах давно минувших лет…</p> <p><span style="font-style: italic">- Ох ты ж, Тарабрин! Посмотрите, какие люди, сто лет тебя не видел! – губы растянулись в широкой улыбке, периодически напоминавшей скорее оскал. – Как дела, чем живёшь? – и такой же опрятный вид, правда, то ли годы, то ли бессонные ночи на работе, постепенно сказывались на лице врача.<br />- Да уж пожалуй, давненько не виделись. Я всё так же служу Отечеству, - усмехнулся капитан, - Вообще, думал тебе недавно позвонить, может быть, куда-нибудь…<br />- Я женился, Тарабрин, - насмешка или наоборот, лёгкая горечь в голосе?<br />Неужели это правда было возможным? Неужели это действительно случилось? Сердце колотилось в рёбро, но так и не находило ответа.<br />- Правда?... – натянутая улыбка и, удерживаемый волевым решением, ровный голос Тимофея, казались ему самому заученной ролью из третьесортной киноленты про любовь, - На ком же? Вот это новость!...<br />- На Сонечке. Ты помнишь её, конечно, - всё та же улыбка, то ли немного нервная, то ли слегка грустная, и Каретников быстро поглядывал на часы, - ну всё, Тимофей, нужно бежать, у меня через сорок минут операция. Береги себя!<br />И не глядя, быстрым шагом по лужам. Чуть ссутулившись, закуривая на ходу. А Тарабрин не мог заставить себя не смотреть вслед и не верить в то, что такое дерьмо произошло именно с ним.</span></p> <p>- Пётр Антоныч, всё-таки странно это, мучает оно меня.<br />- Что тебя мучает, Тимочка?<br />- А то, что в квартире маньяка этого серийного, были развешаны фотографии жертв, ну ты помнишь. А Сони там не было. Не просто так это всё-таки, я точно уверен.<br />- Значит, он её, по-твоему не убивал?<br />- Не убивал!<br />- А кто же тогда убивал? – усмехнулся Волков, поворачивая за очередной угол длинного больничного коридора. – сейчас скажешь, Каретников?<br />- Ну а кто ещё остаётся, а? Антоныч, кто?<br />- Вот сейчас мы придём к нему, ты сам его и спросишь.</p> <p>- Я знаю, что вы думаете. Только это полная ерунда. – Каретников казался ещё более сутулым и помятым, чем в прошлый раз. Он курил в окно ординаторской и стоял к следователям спиной, не поворачиваясь. – Операция прошла успешно. А он умер уже в палате, не перенёс. Скорее всего, выдернул капельницу, когда спал.<br />Тимофей отвернулся к зеркальному шкафу, поджав губы. Он не мог и не хотел смотреть на человека, который был у него под подозрением, несмотря на то, что когда-то они были очень близки. Но чем больше проходило времени с того самого путешествия на теплоходе, тем сильнее менялся Антон Каретников, и капитан больше не узнавал того улыбчивого, так любящего жизнь человека. И он уткнулся в шкаф, делая вид, что рассматривает его содержимое с пристальным интересом.<br />А что, если это Антон?... Нет, в это верить не хотелось.<br />- Ну…Ну насколько я знаю, аппаратура должна сигнализировать в таких случаях, - осторожно начал майор Волков.<br />- Аппаратура? – резко обернулся хирург, вонзив взгляд в старшего следователя, - у нас больница переполнена, персонал сутками на ногах. Какая там аппаратура, это рухлядь! Думаете, так много средств уходит на финансирование больниц?! Вы ошибаетесь. – и он снова отвернулся, закуривая новую сигарету. – Это я сигнализирую в министерство каждый год. Каждый год!<br />Тима поймал себя на мысли о том, что он всего несколько раз видел Каретникова в таком состоянии. Когда он позволял себе взвиться и повысить тон. Обычно он всегда говорил мягко, очень вкрадчиво, «по-кошачьи». Его тон очень раздражал людей, он умел давить на психику своим убаюкивающим голосом. Хотя Тимофей помнил его совсем другим…нежным, бархатным и возбуждающим.<br />- Антон Андреевич? – аккуратно приоткрыв дверь, в палату заглянула молодая медсестра, - анализ крови, который вы просили, готов.<br />- Сейчас иду! Спасибо! – отозвался хирург, сминая пальцами остаток сигареты в пепельнице, проходя мимо Тарабрина и чуть поворачиваясь к Волкову, - Извините, я на минуту.<br />У капитана сжалось что-то в груди. Сжалось, до боли, до микроскопических размеров, до сухого спазма в основании горла. Его обоняния коснулся едва различимый аромат лосьона после бритья, которым пользовался Антон. Но он нахмурился, отворачиваясь и отходя чуть назад.<br />- Я ему не верю, - хрипло прошептал Тимофей, глядя в никуда, а потом, словно опомнившись, на Петра Волкова. – У него на лбу написано, что он подлец.<br />Потом он снова отвернулся к шкафу и сказал уже совсем тихо, - я вообще не понимаю, что она в нём нашла…<br />«А что он в ней нашёл? Он?!» - пульсировало в висках, и Тарабрин стиснул зубы покрепче.<br />- Кто, Соня? – не понял майор.<br />- Соня, Соня… - выдохнул младший следователь, - И почему женщины любят подлецов?...<br />- Потому что подлецы любят женщин, - поставил вескую точку Волков. И с этим было не поспорить.<br />Почти в ту же минуту в дверь вновь вошёл Каретников с пробиркой в руках. Это была та самая кровь, которую требовалось сдать в экспертизу для сопоставления анализов.</p> <p>Как, в общем-то, и предполагалось, капитан Варвара Филатова сообщила о положительном заключении. Образцы кожи и крови были идентичными друг другу. Стало быть, можно было закрывать дело.<br />- Мальчики, а что вы сидите кислые? – приподняла она бровь, - давайте праздновать!<br />Следом принесло Лапина.<br />- Ну-с, поздравляю с успешным завершением операции! Дело сделано!<br />- Мерси боку, - угрюмо отозвался Тарабрин.<br />- Спасибо, - таким же тоном проговорил Волков.<br />- Ну вы точно ненормальные! – тот махнул рукой и вышел. – всё закончилось, а вы тут кисните!<br />- Да чего-то не хватает… для праздника, - задумчиво выдохнул майор и посмотрел в окно.</p> <p>- Послушай, Тимофей. Ты сказал, что Софья Каретникова была успешной журналисткой, верно? Я съезжу туда, поговорю с главным редактором издания. – майор Волков пристально посмотрел на напарника и снял с вешалки куртку. – Возможно, ответ кроется где-то там.<br />Если бы майор Волков знал с самого начала, он не терял бы ни минуты. По странному стечению обстоятельств выяснялось, что жена Каретникова не просто изменяла мужу с главным редактором, но уже была твёрдо настроена на развод. Для получения более подробной информации, майор поехал на дом к журналисту. Тому для снятия стресса потребовалось пропустить стаканчик-другой коньяка.<br />Если бы майор вовремя обратил внимания на свой же, очень грамотно заданный вопрос Тимофею, то, скорее всего, успел бы вовремя.</p> <p>Сердце колотилось безумно, гулко, отдаваясь где-то в желудке. Скакало, как сумасшедшее, то взлетало к вискам, то уходило в пятки. Одна, вторая, третья, пятая ступенька…<br />Тимофей Тарабрин рывком распахнул двери больницы, вбегая прямо к окошку регистратуры.<br />- Девушка, скажите пожалуйста, а где у вас тут морг?<br />Сонная медсестричка ткнула пальцем по нужному направлению. Капитан помчался туда, едва не падая на поворотах. Она посмотрела бегущему вслед и пальцы потянулись к телефону.<br />С трудом переводя дух, Тимофей достал из кармана нож, судорожно разглядывая бирки, прикрепленные к ногам окоченевших мёртвых тел.<br />- Где же, где же…ах да, вот. – и он наклонился поближе.<br />…Только вот он не заметил выросшую за спиной в дверном проёме чёрную тень, которая подняла над собой длинный и тяжёлый предмет, опуская его прямиком на голову капитана.</p> <p><span style="font-style: italic">- Тарабрин, ты счастлив? Скажи мне, - смеялся Антон, словно издалека, будто бы с чужой планеты, из параллельного мира. И голос уносился всё дальше, улыбка становилась всё более тусклой, пока не пропала совсем.<br />- Тима, скажи, ты любишь сладкое? – совсем другая картинка, вот Каретников ждёт его около входа в парк, - эй, Тарабрин! Смотри, что у меня есть? Верно, это настоящий швейцарский шоколад. Да угощайся ты, это тебе.<br />Счастлив ли ты?</span></p> <p>В голове гудело, слышимость была, словно на взлётной полосе. Перед глазами всё расплывалось, и, кажется, было не столь ярким, как прежде. Дёрнув руками, капитан понял, что накрепко пристёгнут к батарее медицинскими смирительными ремнями. <br />Постепенно сфокусировав взгляд, Тимофей понял, что перед ним стоит Антон Каретников и снимает скотч с его рта.<br />- Гад…Каретников, какая же ты сволочь… - задыхаясь, прошептал следователь, дёргая руками, - Развяжи меня немедленно!<br />- Тарабрин… - мягкий, вкрадчивый, до боли знакомый мелодичный голос коснулся слуха Тимы. Словно жизнь отмотала плёнку на невесть сколько лет назад. – Ты ведь так ничего и не понял.<br />- Я сотрудник милиции, отпусти меня сейчас же! У тебя и так проблем по горло!<br />- Со мной всё в порядке… - пропел хирург, подходя к столу. В ординаторской было темно, только лишь горела тусклая настольная лампа и отблески редких фонарей за окном. – Это тебе надо сделать инъекцию успокоительную…Впрочем, ты очень горячий, когда злишься. <br />Улыбка была настолько зловещей, что Тарабрину хотелось закричать от ужаса. Нет, он действительно повидал очень многое, но на его глазах человек превращался в монстра. Человек, которого он…<br />- Ты соскучился по мне, Тарабрин? Нет?...Вот и я заметил. – врач надел тонкие перчатки и взял в руки какую-то баночку, вновь подходя к Тимофею, который сидел на полу, поджав ноги. – А я вот очень скучал по тебе, Тима…Очень.<br />Каретников поставил баночку с афродизиаком на стол за капитаном и присел, сжав его подбородок пальцами, приподнимая его голову, заставляя посмотреть в глаза.<br />- Ты изменился, Тарабрин. Но и я тоже. Наверное, ты очень хочешь узнать, почему всё так произошло? Верю. – Антон усмехнулся, медленно потянув за собачку на кофте Тимофея. – Но всему своё время, Тима…<br />Ловкие, умелые пальцы освобождали от брюк, расстёгивая верхнюю часть одежды, а её обладатель впал в оцепенение. Он знал, что это неправильно, что нужно срочно что-то делать, но в данной ситуации он мог только тянуть время. Ну почему он не дождался ответа Волкова, хотя тот трубку не брал! Никуда бы Каретников и на следующий день не делся! Чёрт…<br />…Антон зачерпнул из баночки мазь, разводя Тимофею ноги, подкладывая под его таз что-то мягкое, заставляя его приподняться.<br />- Тебе понравится… - прошептали пухлые губы прямо над ухом Тарабрина, едва касаясь кромочки его мочки. – Расслабься, Тима…Получай удовольствие. И оба пальца погрузились в капитана, щедро смазывая его задний проход. От мази шёл холодок, а потом появилось лёгкое жжение.<br />Через пару мгновений тело Тимофея перестало подчиняться своему хозяину. По всей коже прошла дрожь, и с ужасом и отвращением Тарабрин осознал, что возбуждается. Он был готов кричать, что это невозможно, но сухой комок встал в горле, не позволяя выдавить и слова.<br />На лице Антона Каретникова было написано абсолютная и спокойная удовлетворенность происходящим. Его пальцы дразнили Тимкины соски, слегка сжимая их и лаская. Другой же рукой он легко расстегнул свои брюки, доставая свой уже возбуждённый член, упираясь горячей головкой между ягодиц Тимофея.<br />- Извращенец… - сбивчиво прохрипел капитан, кусая губу, пытаясь сопротивляться ощущениям, понимая, что дрожит от желания, - Ты больной, Каретников! Тебе лечиться надо…<br />- Насчёт больного я бы поспорил, Тарабрин… - Антон прищурился, не сдерживая смешок, одним рывком входя в Тимофея, ощущая, как резко растянулись тугие мышцы, тут же стягиваясь узким кольцом. – Это ты у нас горишь и стонешь, может, тебя надо полечить?..<br />В ответ капитан милиции только хрипло вскрикнул, откидываясь к батарее.</p> <p>Спустя какое то время, которое показалось Тимофею целой вечностью, Каретников поднялся, застегнул брюки и снова его одел. Поправил ремень и аккуратно застегнул кофту, проведя по груди капитана рукой. Затем он прошёл к дальнему столу, на котором были аккуратно разложены инструменты, и взял из пачки сигарету.<br />Тарабрину показалось, что сердце остановилось. Если этот ненормальный начнёт его пытать, то живым ему отсюда врят ли выбраться.<br />- Антон, не надо…Антон, почему, скажи мне, за что?...За что ты так?<br />Фигура в светлом свитере замерла, но не обернулась.<br />- Ты так ничего и не понял, Тима… - повторил он, и по голосу капитан слышал, что Каретников улыбается.<br />- Я понял, - Тимофей тяжело дышал, - я только сегодня понял, что ты подменил кровь на свою! Потому что там, на образцах – твоя кожа.<br />- Это было слишком очевидно.- медленно ответил хирург, - Честно говоря, я…когда я узнал, что у вас есть фрагменты кожи из-под её ногтей, я даже немножко растерялся.<br />Он медленно начал поворачиваться, и Тарабрину показалось, что сейчас наступил его последний миг жизни. Нет, не потому, что в него вонзится нож или скальпель. Потому что искаженное странной, нервной гримасой лицо Каретникова, подсвеченное тусклым светом настольной лампы, было ужасным, кошмарным зрелищем.<br />- Немножко. – улыбаясь, прошептал он. А потом продолжил, - а вы оказались глупее, чем я думал. Ты прав, Тарабрин. И кровь, и кожа - мои.<br />- За что ты Соню убил, а?... – тяжело дыша, выдохнул Тимофей, ощущая, как силы покидают его. Как безумные голубые глаза, кажущиеся когда-то чистыми и ясными, начинают сводить с ума.<br />- А я не выношу лжи. – тихо, но очень чётко произнёс Антон Каретников, и сердце Тарабрина вновь зачастило. Внутри всё сжалось, и он даже закрыл глаза, поддаваясь своей собственной слабости. Ложь…<br />А ведь они все в их чёртовом любовном треугольнике друг друга обманывали. Антон спал с Тимофеем, Тима спал с Соней, а Соня…она, кажется, спала со многими. И что же получается? Каретников наказал Соню за ложь, а сейчас он расправится и с Тарабриным?...<br />- Лицемерие…не выношу, понимаешь? – Антон почти шептал, едва заметно пожимая плечами, и выражение на его лице сменилось искренним недоумением. – Ну зачем было всё это? Зачем она врала мне? И представляешь, целовала меня, да!...Она оказалась хуже проститутки.<br />Затем хирург словно подумал пару мгновений и снова губы растянулись в странной, даже страшной улыбке.<br />- Ничего ты не понимаешь, Тарабрин. – и он перешёл совсем на шёпот. Вкрадчивый, головокружительный шёпот, - Я её любил.<br />- Любил?! – вскрикнул Тимофей, рванув руками ремни, - любил, говоришь? А что ты творил тогда на теплоходе, скотина?!<br />Каретников прикрыл глаза и взял в руки шприц, медленно набирая мутноватую жидкость из пузырька.<br />- Тебе не понять, Тарабрин. – и губы дрогнули в застывшей полуусмешке, - не понять. Я любил тебя…Но я не выношу лжи.<br />У Тимофея зазвонил телефон. Он дёрнул руками, но, разумеется, взять его не представлялось возможным. Антон усмехнулся, подходя ближе и наклоняясь к капитану, прошептал почти нежно:<br />- Извини, старик. Сейчас ты окажешься вне зоны доступа.</p> <p>Майор Волков ускорил шаг по направлению к больнице. Профессионализм, интуиция, или божья воля – что-то сейчас несло его туда, подстёгивая всё сильнее. Он сразу понял, что неотвечающий телефон напарника – признак большой беды. Войдя в клинику, подойдя к регистратуре, он спросил:<br />- Доктор Каретников у себя?<br />Медсестра кивнула:<br />- Да…подождите, вам сообщили? Ваш сотрудник… ну такой молодой, симпатичный… Он сейчас у нас. Доктор Каретников делает ему срочную операцию.<br />- Что?!!<br />Волков выхватил пистолет, снимая предохранитель уже на бегу. Сердце стучало лишь: только успеть, только успеть.</p> <p>- Анестезия готова? – хирург Каретников взял дрель, медленно накручивая нужное сверло. На нём была операционная форма, головной убор и повязка на лице.<br />- Пять секунд, доктор.<br />- Почему так долго?!<br />Ассистенты переглянулись: главный врач давно не был таким раздражённым.<br />- Готово.<br />- Ну что, работай… - хирург поправил перчатку и поднёс дрель к голове Тарабрина, лежавшего на операционном столе, приготовился нажать кнопку.<br />- Прекратить операцию, иначе я стреляю. – суровый и жесткий голос за спиной заставил Каретникова обернуться.<br />- Вон отсюда!! – крикнул Антон, хмурясь, - вы находитесь в операционной! Вон, я сказал! Ваш коллега может умереть в любую минуту! Внутреннее кровотечение!<br />Пётр Волков тяжело дышал. Мысли путались в голове, сбивались, наталкиваясь одна на другую. Чёрт побери, как он должен был проверить?...<br />- Руки убрать от пациента! – выкрикнул майор, крепче сжимая пистолет, нервно глядя то на хирурга, то на недвижимого Тимофея…<br />Каретников раздражённо положил дрель на столик и подошёл к световой панели, снимая с неё рентгеновский снимок.<br />- Майор, если вы такой тупой, посмотрите сами! Снимок смотрите! – он подошёл к следователю, ткнув ему изображение едва ли не в лицо. – Обширную гематому видите или нет?!<br />Затем он повернулся к коллегам и сам подошёл к столу.<br />- Продолжайте.<br />Ассистенты в недоумении вновь взялись за инструменты.<br />- Отставить! – гулко выкрикнул майор, - Кто-нибудь…может доказать, что это его голова? Где на снимке его имя?<br />В операционной повисла тишина.<br />- Почему вы молчите?! – Волков дышал тяжело, стараясь держать себя в руках, но с каждым мгновением, его всё сильнее охватывала паника.<br />- Кто-то отклеил бумажку с именем… - тихо произнёс один из ассистентов.<br />- Каретников… - хрипло выдохнул Пётр Волков, - мы оба знаем, почему сюда пришёл наш сотрудник, Тимофей Тарабрин. Он подозревал вас. Он хотел взять подлинный анализ крови серийного убийцы…<br />Следователь говорил, а Антон Каретников медленно снимал перчатки. Все остальные люди молча стояли и смотрели. В операционной тихо и мерно пищала медицинская аппаратура. <br />- …и он бы точно выяснил, кто зарезал вашу жену.<br />Доктор Каретников опустил защитную маску и, улыбнувшись, оглядел всех присутствующих врачей.<br />- Всем спасибо. Я свою работу закончил. – затем он медленно, всё так же жутко улыбаясь, повернулся к Волкову. – Теперь вы делайте свою.<br />Он позволил застегнуть на себе наручники и вывести в коридор. Но вдруг остановился, замерев на полшага. И, усмехнувшись, поднял взгляд на майора. Тот приподнял брови чуть удивлённо, и тоже остановился.<br />- Вы думаете, вы знаете, зачем приходил Тимофей Тарабрин? Вы не знаете. – Каретников прикрыл глаза, мягко улыбаясь, посмотрел куда-то вдаль. – И вам никогда не узнать.</p> <p><span style="font-style: italic">- Тимофей, тебе хорошо?...Знаешь, я тут подумал…Мне кажется, что настоящая любовь бывает только один раз в жизни. Как думаешь?<br />Улыбка, как солнечный блик, танцует на лице, и свежий ветер слегка треплет волосы; ласково и мягко.<br />- Если бы у тебя было одно желание, что бы ты загадал? Быть счастливым?...Ты счастлив, Тарабрин?</span></p></blockquote></div><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71027985.jpg" alt="http://static.diary.ru/userdir/9/3/6/6/936636/71027985.jpg" /></p> mybb@mybb.ru (streakyfreak) Tue, 26 Jun 2012 21:18:19 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=9#p9 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=7#p7 <p><strong>Название:</strong> Как Сенька узнал про содомский грех<br /><strong>Автор:</strong> Helga<br /><strong>Персонажи:</strong> Эраст Фандорин/Семен Скориков<br />Жанр: зарисовка<br /><strong>Комментарии:</strong> Оригинальные персонажи принадлежат Борису Акунину. Толчком для написания данного текста послужила довольно любопытная привязанность Эраста Петровича к 16-летнему мальчику с Хитровки. Музой является Олег Евгеньевич Меньшиков, «запатентовавший» на киноэкране Фандорина в зрелом возрасте.</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">читать дальше</div><blockquote><p>Перед тем как лечь дрыхнуть, или, как говорит Эраст Петрович, попасть в объятья Морфея, Скорик рассматривал в маленьком круглом зеркальце свою побитую личность. Отражение не могло не удивлять – от чудодейственных мазей господина Неймлеса, которыми он саморучно смазывал Сеньке нос и лоб уже третий день, опухлости сошли почти начисто. Вот диво дивное! Какие все-таки китаёзы, то есть тьфу, японцы! – умные. Зря, пожалуй, простой народ так на них бычится. Вон мазей каких навыдумывали! Небось, и от смерти скоро лекарство сочинят. Эх... Было б приворотное для Смерти... Интересно, было у них чего с господином Неймлесом али нет? Да не могло не быть, пожалуй, уж больно он красив...</p> <p>Легок на помине, Эраст Петрович появился в спальне тотчас же, как Сенька о нем подумал. В завсегдашнем своем авантажном шелковом халате, с сеточкой на волосах. Вид у него был слегка задумчивый, как, впрочем, каждый вечер. Возвращался он затемно невесть откуда, а потом все думал, думал, лоб свой гладкий морщил, щелкал зелеными бусиками, благодаря которым и оказался Скорик сейчас в доме Эраста Петровича, короче, по-ихнему – дедуктировал. Сенька слышал уже не раз, что прибыл господин Неймлес на родину по какому-то важному делу, раскрыть какое-то злодейство, небось. А какое – кто ж Сеньке скажет? Он Масу-сенсея все хотел разболтать, но тот ни в какую, злится даже на чрезмерное его, Сенькино, любопытство. «Меньсе дзнаесь – курепсе спись», говорит. Ну да ладно.</p> <p>– Все любуетесь собой, Скориков? – иронично произнес Эраст Петрович. – К-красивы, красивы, спору нет!</p> <p>Вечно он издевается! Скорик сунул зеркальце под подушку, уселся на своей жесткой (у господина Неймлеса и то помягче, он щупал!!!) подстилке, сложивши по-турецки ноги, и руки заодно скрестил на груди. Надулся.</p> <p>– Ну вы меня смешите, Скориков, ей-богу! Что вы все обижаетесь? – Эраст Петрович мягко усмехнулся и тоже стал усаживаться по-турецки на своей подстилке, а Сенька думал, что сразу спать уляжется. – К-какую хорошую идею вы мне подали – посидеть в позе лотоса. Оч-чень к-концентрирует!</p> <p>Это господиново протяжное «оч-чень» обычно появлялось, когда он бывал в хорошем расположении духа. Но Сенька все равно дулся за его шутки, больно гордость у Сеньки была чувствительная.</p> <p>– Вечно вы, Эраст Петрович, меня подзуживаете, насмехаетесь! Будто я какой голодранец без понятий! – Сенька старался не смотреть в глаза господину Неймлесу, а изучал взглядом свои новехонькие белые кальсоны – единственное, что на нем было из одежды. \</p> <p>– Ах, Скориков, – Эраст Петрович вдруг блаженно прикрыл глаза, – как же мне нравится слушать эти ваши к-колоритные словеса! По правде сказать, я так скучал по ним, будучи за г-границей!</p> <p>– Ну вот, опять!!! – Скорик даже непроизвольно кулаки сжал. – Эраст Петрович, вот я вас попросил, а вы опять насмехаетесь!!!</p> <p>– П-помилуйте, Скориков! – брови Эраста Петровича, красивые, будто у куклы фарфоровой, взметнулись вверх в неподдельном изумлении. – Где же тут насмешка? Я п-правду говорю, вот вам крест! Скучал по русской речи!</p> <p>– Ничего, еще немножко, и научусь я всем вашим культурным словам, и не будет вам повода смеяться! – заявил Сенька и, совсем разобидевшись, быстро забрался под одеяло.</p> <p>– П-погодите, Скориков! – Эраст Петрович вдруг резво поднялся. – Дайте-ка, я надену на вас вашу любимую «гранд-фасон», в противном случае ваша великолепная стрижка «мон-анж» за ночь п-пострадает!</p> <p>– Будто я сам не смогу ее нахлобучить! – фыркнул Скорик, садясь.</p> <p>– Да видел я, как вы ее нахлобучиваете. Совершенно неправильно! Волосы ведь нужно п-пригладить, придать им такую форму, какую желаете лицезреть на утро.</p> <p>Когда господин Неймлес приблизился к нему, Сенька собрался встать, но Эраст Петрович надавил на его плечо и сам опустился, поджав ноги, перед сидящим Сенькой. Было это странновато. Скорик посмотрел в его небесные глаза и узрел в них непонятное, будто лихое что-то, по-культурному – азартное. Эраст Петрович стал, как цирюльник заправский, кончиками пальцев взбивать его волосы. Чего только он не умеет, ей-богу! Отчего всегда так приятно, когда в волосах шурудят, подумалось Сеньке. Ажно мурашки по коже... Упаковав Сенькину шевелюру в сеточку, господин Неймлес еще на несколько мгновений задержался подле Скорика, положив ладони на свои колени, а потом встал, потушил свой диковинный японский абажур и сбросил халат. Как Сенька уже успел заметить, пребывать в объятьях Морфея Эраст Петрович имел обыкновение в костюме Адама. Неведомо зачем Сенька внимательно следил за его обнажением, в который раз восторгаясь благолепием мышц... Доследился!</p> <p>– Что вы меня так п-пристально разглядываете, Скориков? – тихо-тихо спросил Эраст Петрович, вовсе не оборачиваясь. – Мне, право, неловко... – и юркнул, шельма, под одеяло.</p> <p>Юркнуть-то юркнул, но успел Сенька заметить, что... кхм... его физическое состояние претерпело некоторые изменения. По-нормальному говоря, случился стояк. О Смерти размечтался что ли, бесовская натура? Вон и лег на бок, чтобы Сеньке незаметна была его консистенция. Или консистенция сюда не подходит? Да пошли они в качель, словеса эти культурные!!! Лежит на боку и, выходит, к Сеньке лицом. Глаза закрыты, не шелохнется, будто помер. Даже дыхания не слыхать. Одна рука под головой, другая на бедре. Наверное, у японцев научился так лежать беззвучно. Непонятно, по какой такой причине, но сон у Скорика совсем прошел. Лежал на боку и глазел на господина Неймлеса. А что как он опять почувствует? Знаем мы его, лучше не глазеть. Лег Сенька на спину, руки под головой скрестил. Лежит-лежит, а сон не идет. В голове черт ногу сломит: то объятья Смерти вспоминаются, то как Эраст Петрович с нею говорил, то как они с ним в ватер-клозете за Смертьиной «собачей свадьбой» наблюдали...</p> <p>Вот те раз!!! Да неужто?!.. Как это сразу-то не смикитил?!..</p> <p>Поползла в Скорикову голову вереница случаев, то бишь инцидентов... Еще когда свирепый от беготни за ним Эраст Петрович с Масой явился его забирать из железнодорожной гостиницы к себе, уж больно нежно он его за плечи держал, все к свету разворачивал, сжимал пальцами, да несильно, вроде как и ласково... Спать в своей комнате определил, а не с Масой-сенсеем... Чуть что – за руку берет... А тогда, в клозете Смертьином, как он ему спускаться-то помогал??? Какой хитровский станет так ласково тебе помогать с забора слезть? За талию придерживал, бес, потом за подмышки, к себе все норовил прижать! А потом, когда Скорик все лбом от увиденного срама о косяк стукался, сначала просто постукивал по макушке, а потом и забылся, стал в волосах копаться, гладить. И не шевелился Сенька вовсе, а он все равно гладил... А как трепетно мазью его лечил, по лицу пальцами своими длинными елозил... Вот матушки-светы!!! К бугру угодил!!! Спаси и сохрани мя, Хос-спади!!!...</p> <p>То-то он про этих инфернальных женщин городил. Морщился все. Знамо дело, ему все они инфернальными мерещатся! Стали всплывать воспоминания хитровской шпаны, которые соглашались по полному безденежью и голоду-холоду, чтоб их немногочисленные местные бугры кобелили. Криком кричали от боли, говорят, помереть хотели. А тех ихние крики только и распаляли... Страх-то какой, Хос-спади... Да за что ж Сеньке, горемычному, такие напасти?!...</p> <p>– О чем вы думаете сейчас, Скориков? – донесся тихий голос.</p> <p>Скорик от страха съежился, молчит. Мысли, дьявол, читает, что ли? Откуда знает, что не сплю, что думаю? Хоть к Зот Ларионычу сейчас, только б отседова!!!..</p> <p>– Да ладно, Скориков, я же вижу, что вы не спите. Мне вот самому не спится... Д-давайте, что ли, выпьем, может, разморит... П-принесите из кухни сакэ, Маса каждый вечер на всякий случай разогревает и ставит на столе, она не п-портится. Да, и две п-пиалы.</p> <p>Заикается чаще обычного. Стало быть, волнуется. Вот шельма, соблазняет! Все как в шалавнике – перед грехом надо выпить, чтоб стыд долой. Боже-боже... И отказать боязно... Еще, чего доброго, побьет, снасильничает... Коли так уготовано, то лучше уж не брыкаться, себе на пользу...</p> <p>– Выпить можно, – угрюмо буркнул Скорик и поплелся на кухню. Там и вправду на столе стояла теплая на ощупь шклянка с мутноватой японской водярой, да и чашки эти плоскодонные не пришлось долго искать. Интересно, соврал или нет, что Маса-сенсей каждый вечер ее греет? Или специально сегодня попросил, готовился?..</p> <p>Пока плелся обратно в спальню страшную, продумывал Сенька, как же ему сейчас лучше себя повести. И, как назло, в голову лезла одна Масы-сенсея наука соблазнения... Ежели баба с норовом – будь зайчишкой, ежели сама зайчишка – будь кобелем. А что как и на господина Неймлеса эта наука сгодится? Раз уж беды не миновать, то хоть заради интереса испробовать – работает это дело на бугров или нет. Занятно, если да. Только вот не расскажешь никому и никогда. Ой, страшно-то как...</p> <p>Вошел Скорик в темную спальню, а ноги предательски дрожат. Чего делать-то? Покумекал секунду да и сел боком, неудобно совсем, на край господиновой подстилки, которая помягче. Тот лежит, руки под головой сложил, крестик в темноте на крепкой груди поблескивает. Э-эх, а еще христианин!..</p> <p>– Чего вы т-так напряжены, Скориков? – Эраст Петрович приподнялся на локте. – Разливайте.</p> <p>– А вы чего? – буркнул Скорик, но тотчас же вспомнил о том, что решил испробовать японскую науку, и стал быстренько думать, как бы ягненочка изобразить поизобретательней.</p> <p>– А с чего вы взяли, что я напряжен? – хитро как-то спросил господин Неймлес.</p> <p>– Заикаетесь чаще обычного, – по-ангельски честно ответил Скорик и протянул ему неудобную, как и все японское, чашку.</p> <p>– Вы оч-чень наблюдательны, – улыбнулся Эраст Петрович, принимая пиалу и слегка касаясь при этом кончиков Сенькиных пальцев. – И сообразительны. Д-думаю, что вы идеальный п-помощник для меня. Я рад, что нашел вас. Вернее, что вы меня нашли, так будет п-правильнее.</p> <p>Ягненок, значит... Так-так-так... От страха совсем не кумекается. А может, не надо ягненка? Вдруг тогда у господина совсем крыша поедет, и он его в самых что ни на есть зверских формах... Ай, двум смертям не бывать!</p> <p>– Да какой вам прок от меня, сироты неграмотного, – Скорик громко вздохнул, и получилось очень жалостно. Не зря учился заранее, прямо артист!</p> <p>– Не скажите, – Эраст Петрович снова сел лотосом, при этом одеяло скрывало его конфузное состояние, о котором Сенька-то прекрасно знал. – Вы можете б-быть мне очень п-полезны. В самых разных смыслах. Маса – прекрасный п-помощник, но мне нужен и кто-то д-другой... Русский, чуткий, смышленый...</p> <p>Скорик исправно тупил вздор, вздыхал, а у самого поджилки тряслись, хоть и сидел.</p> <p>– Сядьте п-поудобнее, а то и впрямь как сирота, – Эраст Петрович чуть отодвинулся, и одеяло едва не соскользнуло с его срама, но он поспешно натянул его на бедра.</p> <p>Последние Сенькины надежды избежать беды рушились аки карточный нужник... А от боли можно помереть? Говорят, что можно, вроде как от разрыва сердца... Скорик быстро осушил пиалу свою, теплая жидкость разлилась по нутру, страх немного отступил, не хуже, чем от дешевого вина хитровско-кабацкого.</p> <p>– Да сирота я и есть, – с придыханием сказал Сенька и, набрав побольше воздуха и мысленно перекрестившись, юркнул под одеяло господина Неймлеса. Тот едва слышно охнул.</p> <p>– Вот те раз... – удивленно пролепетал Эраст Петрович. Такого изумленного его голоса Сенька еще ни разу не слышал. – Вы что это?</p> <p>– А вы разве не этого хотите, Эраст Петрович... – шептал Сенька самым что ни на есть шалавским голосом. И как у него это получалось? Актер Щепкин, ей-богу! Если б не так страшно было, перло б его от гордости за свои талантищи!</p> <p>Господин Неймлес ответил не сразу. Отвернулся даже и, Сенька заметил, слегка закусил губу. Наверняка соображает, чего ответить. Соврать али нет. Вот как просто можно человека в тупик загнать, даже такого из себя важного, как Эраст Петрович.</p> <p>– Я от вас требую правды, – неожиданно начал господин Неймлес, – посему не имею морального п-права лгать вам. Да, к моему огромному сожалению, я хочу этого... И мне очень стыдно...</p> <p>«Очень» прозвучало уже обычное, а значит, действительно переживал Эраст Петрович, не до иронии ему было уже. Слыхивал Сенька от хитровских, что бугры завсегда дико переживают из-за своей натуры, но ничего поделать с собой не могут, это навроде как пристраститься к марафету: начал – и уж не остановишься никогда.</p> <p>Верно говорят – судьба-злодейка. Стало отчего-то Скорику жалко господина Неймлеса. Голодранцем поживешь – ой как научишься в людях разбираться. Чувствовал Сенька всем своим нутром, что Эраст Петровичу и впрямь не по себе и стыдно. Да уж раз ты родился бугром, судорожно соображал Скорик, дык не твоя в том вина. Божеская какая-то ошибка, по-научному – казус. Или казус не ошибка? Ляд с ним! Нужно думать, чего дальше-то делать. Может, уйти в свою койку, пока Эраст Петрович стыдается? А вот не хотят ноги идти, черт их попутал!!! Самого себя не понимая, Скорик сел и задышал господину Неймлесу в плечо. Говорил уже вроде как кто-то другой за него, слова сами по себе вылетали:</p> <p>– Да чего ж вы так переживаете, Эраст Петрович. Вы небось не виноваты, что вам такого хочется...</p> <p>И плюх – лбом уткнулся в его плечо. На кой ляд?!..</p> <p>Эраст Петрович вздрогнул всем телом.</p> <p>– Ты так д-думаешь? – осторожно как-то спросил он, впервые перейдя с Сенькой на «ты». – А кто же виноват? Господь Бог?</p> <p>– Ага, – уверенно ответил Скорик, радуясь почему-то этому «ты» из уст Эраста Петровича, вдыхая странный аромат мужского тела, носом его никогда ранее не нюханный, – это вроде как родиться калекой. Разве ж калека виноват, что таким родился? Бог его таким создал.</p> <p>– То есть ты считаешь, что это б-болезнь? Или к-кара небесная? Что это, по-твоему?</p> <p>– А вроде и не болезнь... – теперь уже Скорик по-настоящему задумался, отпрянул от Эраста Петровича и даже аккуратно, чтоб не сорвать сеточку, почесал репу.</p> <p>Господин Неймлес повернулся к нему, и одеяло-таки соскочило с его бедер. От увиденного Сенька зажмурился. Неужто это туда пролезет?!.. Точно помереть недолго от боли будет... Скорик поежился и забыл даже о своих размышлениях.</p> <p>– Т-тебе холодно, да? – спросил Эраст Петрович и стал медленно приближаться. Сенька машинально плюхнулся на подушку и задрожал. – Я т-тебя согрею сейчас...</p> <p>Горячее, невероятно тяжелое тело Эраста Петровича опустилось на Сеньку, и стал он молиться про себя... Только вот слова молитв путались, в висках застучало, в животе свело... Господин Неймлес стал жадно, рьяно целовать Скорика в шею, в плечо... Так необычно... Совсем не так, как мамзельки во время практикумов... А как именно по-другому, сложно понять... Однако же не шло это дело ни в какое сравнение с бордельными радостями...</p> <p>Эраст Петрович задышал тяжело и горячо, и оказалось это заразным делом – Сенька через минуту уже вторил ему своим дыханием. Казалось, что это тяжелое тело сейчас его раздавит... Вроде, бывало, и прыгали на Сеньке мамзельки в три раза его потолще, а так тяжело не было... Вот ведь загадка! Впечатать он его, что ли, в постель собрался? Дышать так тяжело... А от тяжести ли?..</p> <p>Эраст Петрович становился неистов, руки его настойчиво заскользили по Сенькиным плечам, потом по бедрам, рот подобрался ко рту, язык проник внутрь... Черт-те что такое – приятно стало Сеньке!!!.. Захотелось этот язык своим общупать, захотелось руками обхватить это тело стальное... А почему захотелось – Бог его знает...</p> <p>Вдруг Эраст Петрович дрогнул и отстранился. Сенькины руки неуклюже плюхнулись на простыни.</p> <p>– П-прости меня, я не могу... Не имею п-права... Не имею п-права так с тобой п-поступить... Ты мне д-доверился, а я... Ты бы ведь не стал по своей воле, ведь т-так? П-прости меня, г-решного, ради Христа...</p> <p>Вот тебе и раз! Неужто и вправду так стыдно ему? Хотя зачем ему теперь-то прикидываться? Сенька приподнялся на локтях, а в голову снова пришла японская наука. Что, Эраст Петрович, теперь вы ягненок? А что как...</p> <p>– Ну идите же сюда, Эраст Петрович, у меня уже все клокочет внутри!!! – выпалил Сенька и уставился себе ниже пояса – и впрямь клокочет. Надо же, так все ладно у них выходило, что и не заметил даже, что и сам уже готов! Как само собой разумеющееся вышло это дело! Вот чудеса!</p> <p>Эраст Петрович покосился на Сеньку ошарашенно. Он сидел, обхватив руками колени, и вид у него был самый что ни на есть сконфуженный. Казалось, будто бы он Сеньку побаивается... Ну дела-а-а!!!..</p> <p>Скорик подался вперед всем телом, сорвал с волос свой «гранд-фасон», а затем подверг той же участи сетку господина Неймлеса. Она треснула под его пальцами, черные волосы Эраста Петровича растрепались, и Сенька ощутил непреодолимое желание зарыться лицом в этих волосах. Что он и сделал...</p> <p>Руки его заскользили по впалому твердому животу господина Неймлеса, он крепко прижался своей грудью к его спине и целовал, целовал эти ароматные жестковатые волосы...</p> <p>– Тебе что, знаком содомский г-грех? – задыхаясь, пролепетал Эраст Петрович.</p> <p>– Чего-чего? – не понял Скорик. Он увлеченно целовал его в затылок уже запрокинутой назад головы.</p> <p>– Ну как это т-там у вас называется?.. Мужеложство?</p> <p>– Чего-о? – Сенька даже рассмеялся, уверенно обхватил Эраста Петровича за шею, стал лобызать ее горячо-горячо. – Что за слова такие диковинные?</p> <p>– Ну я не знаю т-тогда... Как у вас на хитровке мужеложцев называли? П-педерастами?</p> <p>– А... – смикитил наконец Скорик. – Буграми обычно кличут... – руки его пробирались по телу господина Неймлеса уже невесть куда.</p> <p>– Так ты бывал с ними уже? – вроде как озабоченно спросил Эраст Петрович. Дышал он уже совсем тяжело, как в горячке.</p> <p>– Нет, никогда, – немного обидевшись на подобное подозрение, ответил Скорик.</p> <p>– Но ты... Ты такой г-горячий, Сеня...</p> <p>Это «Сеня» звучало так необычно для Скорика, никогда никто его так не называл. Называли Скориком, Сенькой, шпаной, ублюдком, отродьем, сучьей мордой... Никогда не слышал он своего имени вот так, как принято у барчуков называть. И было потому не очень приятно его слышать, с одной стороны, но с другой...</p> <p>С другой стороны, Сенька, стягивая кальсоны, уже сам себя не понимал. Напрочь перестал отвечать за свои действия. Тело стало будто чужое, жило своей собственной жизнью, извивалось, терлось о широкую спину господина Неймлеса, горело, изнывало... Эраст Петрович опустился на спину, а Скорик на него забрался и давай лобызать куда придется, куда губы достанут... Неимоверное творилось и с господином Неймлесом – он под ним будто обмяк, только и мог что дышать громко да временами постанывать. Очень уж Сеньке понравилось рот в рот целоваться, да при этом языком орудовать и чувствовать, как встречный язык там внутри твой ласкает. Потом все же стал под ним Эраст Петрович оживать – ладони по спине заскользили, а там гляди – и ниже, ногами обхватил Сеньку, к себе прижимает, будто боится, что сбежит. Да куда уж тут сбежишь, когда тело своего просит, с башкой не совещается!!! Слышится, да ушам не верится:</p> <p>– Сеня... Сенечка... Я уже не могу, ну помоги же мне... Мочи нет...</p> <p>Немного эти слова Сеньку отрезвили. А чего делать-то? Как помогать? Твердая мужская плоть господина Неймлеса против его собственной стоит, одна в одну упирается, ноет. Соскользнул Скорик с горячего тела чуть влево, бедра, однако, из уютной ложбинки меж крепких ног Эраста Петровича не выпуская, больно приятно там, и ухватил эту плоть... Ну чего еще можно придумать? Делай как себе!..</p> <p>Застонал Эраст Петрович, задергался, бедро стальное меж Сенькиных ног впивается, а Сеньке того и надо – прижался всей плотью, от плеча до знамо чего, извивается, да при этом господину Неймлесу «помогать» не забывает. Вскоре вышла невиданная оказия – разрешился семенем прямо Эрасту Петровичу на живот, на бок, даже до шеи долетело. Чего только не бывает!!! Сказал бы кто, что вот так без рук может получиться, – не поверил бы и наказал за враки. Сил от этого поубавилось, забываться стал, но крепкие (железные пруты как пить дать гнут!!!) пальцы Эраста Петровича сжимались поверх его собственных, напоминали о деле. Через несколько стонов и он обмяк. Только влага осталась на Сенькиных пальцах. Захотелось ему руку вытереть, да неудобно как-то. О простынь, что ли, незаметно? Но тут Эраст Петрович взял эту самую его правую ладонь, поднес к губам, не открывая глаз, стал целовать, облизывать. Кошмар что делает, а почему-то не противно...</p> <p>Лежал потом Сенька животом к животу на Эрасте Петровиче очень долго. Время вроде как застопорилось. Думать особо не думалось. Только что пережитое не давало заснуть, будоражило, всплывало в памяти. Вот это нагрешили!.. Как теперь такое замаливать? А ведь боялся, что кобелить его начнет господин Неймлес, нутро ему порвет... Вот ведь дурак, нарисовал себе страстей! Может, хитровские любители легкой деньги врали? Может, у них тоже все так было, как у них с Эрастом Петровичем? Жарко, сладко... Во всем теле истома, слабость... Лежи себе да слушай горячее дыхание, которое все тише и тише становится... Никак засыпает господин?..</p> <p>– Не знаю, смогу ли т-теперь заснуть... – вновь проявил провидческие чудеса Эраст Петрович. – Тело все г-горит огнем... Ну и непрост же ты, Сеня, оказался... Неужто в п-первый раз?</p> <p>Сенька шустро поднял свою вихрастую голову, вцепился в господиновы плечи пальцами:</p> <p>– Вот вам истинный крест, Эраст Петрович! Впервые! Не знаю, как оно так само собой вышло!!!</p> <p>– Ладно, верю, верю... – усмехнулся господин Неймлес. – П-просто я оч-чень удивлен твоей... ммм... п-прытью.</p> <p>Приходит в себя, смекнул Сенька. Интонации любимые возвращаются, значит, уже не стыдно ему. Да и самому Скорику стыдно уже совсем не было. И вообще было ему легко. Даже и оттого еще, что к Смерти зря господина Неймлеса ревновал.</p> <p>– Так значит, мы вроде калек с т-тобой? – шутливо на этот раз спросил Эраст Петрович.</p> <p>– Ничего себе калеки! – Скорик и сам осмелел до шуток. – Такое выделывали!</p> <p>И Сенька от всей души рассмеялся самым что ни на есть мальчишеским, задорным смехом. Засмеялся и Эраст Петрович, обхватил Скорика руками, чмокнул в щеку. Ничего такого страшного в этом, как его? – содомском грехе и нет. Вроде обычные товарищи, только раздетые и слишком уж неприлично друг к другу прижавшиеся. И Морфей их все-таки обнял... Немного погодя...</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Russian Slash) Tue, 26 Jun 2012 19:39:31 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=7#p7 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=6#p6 <p>Литературные фанфики, как и любые другие литературные произведения могут быть представлены в виде рассказов, повестей, романов, стихов, пьес. Нельзя сказать, что есть какая-то общепринятая классификация фанфиков. Но фанфики делят на категории по разным признакам, например:</p> <p><span style="color: teal">По наличию в сюжете любовной линии:</span><br />«Джен» (от англ. general audience) — любовная линия отсутствует или малозначима, «просто приключения». Термин появился из сокращенного «general audience», любая аудитория, и восходит к системе рейтингов, принятых в кино.<br />«Гет» (от «гетеросексуальный») — любовная линия определяющая, описываются отношения между разнополыми героями.<br />«Слэш», или «слеш» (от англ. slash — значок косой черты) — фанфик, в котором присутствуют романтические и сексуальные отношения между представителями одного пола, фанфик, содержащий описания или упоминания о гомосексуальном поведении или чувствах. Согласно легенде, термин произошел от обычая объединять персонажей наклонной чертой (слэшем) в графе пейринг.<br />Фем-слэш (англ. fem-slash) — фанфик, в котором описаны романтические и/или сексуальные отношения между женскими персонажами.</p> <p><span style="color: teal">По соответствию реалиям мира оригинала:</span><br />«AU» (от англ. Alternative Universal) — есть значимые расхождения или даже противоречия с миром оригинала.<br />«не-AU» (не имеют специального жаргонизма) — расхождений с миром оригинала нет, или они спорны либо малозначимы.</p> <p><span style="color: teal">По соответствию характера героев фанфика их характеру в оригинале:</span><br />«OOC» (от англ. Out Of Character) — есть значимые расхождения или даже противоречия с характерами в оригинальном произведении.<br />«В характере» — расхождений с характерами героев в оригинале нет, или они спорны либо малозначимы.</p> <p><span style="color: teal">По способу создания:</span><br />Обычный фанфик (не имеет специального жаргонизма).<br />«Round robin» и смежная с ним «ролевка» — фанфик, созданный группой авторов, каждый из которых по очереди пишет свой кусочек. Как правило, они отличаются резким переходом между частями и несогласованностью стиля.<br />Сонгфик (англ. song-fic) — фанфик, в котором пространно (занимает сравнимый с авторским текстом объем произведения) цитируется какая-либо песня (не авторства создателя фанфика).<br />Кроссовер (англ. crossover) — фанфик, в котором используются реалии нескольких фэндомов одновременно.</p> <p><span style="color: teal">По соответствию общему определению:</span><br />Собственно фанфик (не имеет специального жаргонизма).<br />RPF (англ. real person fiction) — героями данных произведений являются реально существующие люди, как правило, знаменитости. Хотя RPF не подходит под строгое определение фанфика (используются не вымышленные персонажи), но по всем остальным признакам им является. Один из наиболее спорных с точки зрения морали и законности видов фанфикшена.<br />RPS (англ. real person slash) — описываются гомосексуальные отношения между реальными людьми, не заявлявшими открыто о своей гомосексуальной ориентации.<br />Профанфик (англ. profic) — профессиональные художественные произведения, в которых различные авторы описывают приключения героев в мире, созданном кем-то другим. Профанфики пишутся с целью извлечения прибыли, продаются в книжных магазинах и противопоставляются фанфикшену. В качестве примера можно привести книжные серии по вселенным «Dragonlance», «Star Wars», «Warhammer», или любой другой коммерчески успешной вселенной, авторы которой допускают франчайзинг. Как и RPF, не отвечает строгому определению «фанфика», но де-факто им является.<br />Филк (Filk) — фанфик в виде песни.</p> <p><span style="color: teal">По наличию персонажей, придуманных автором фанфика:</span><br />Фанфик только с персонажами исходного произведения (не имеет специального жаргонизма).<br />OC (от англ. Original Character), «Оригинальный персонаж» — с наличием персонажей, придуманных автором фанфика.<br />OFC (от англ. Original Female Character), «Оригинальный женский персонаж». Часто, но не всегда, превращается в Мэри Сью.<br />OMC (от англ. Original Male Character), «Оригинальный мужской персонаж». Часто, но не всегда, превращается в Марти Стью.<br />Вписка (англ. Self-insertation) — так называют случаи, когда автор тем или иным образом «вписывает» себя в контекст своего фанфика. Не обязательно Мэри Сью или Марти Стью, но близкое явление.<br />Мэри Сью (англ. Mary Sue), иногда Мэрисья или Машка — оригинальный персонаж, согласно общему мнению, являющийся воплощением либо самого автора, либо того, какой автор хотела бы быть (явление присуще только женским фанфикам). Мэри Сью обычно сногсшибательно прекрасны и неописуемо умны. Как правило, у них весьма необычный цвет глаз и волос, сложное мелодично звучащее имя, бурное прошлое и сверхъестественные способности. Обычно они появляются, затмевают всех прочих героев, ложатся в постель с героями канона, привлекательными для автора, а затем спасают мир. Вслед за спасением мира они либо выходят за канонического героя замуж, либо погибают героической смертью. Мэри Сью является пренебрежительным определением. Явление свойственно не только фанфикам, хотя определение появилось для героинь именно фанфикшена (некоторые литературные героини женщин-авторов по всем признакам подходят под определение Мэри Сью). Героиня, появившаяся как Мэри Сью, может в редких случаях стать полноправным OFC.<br /> Марти Стью, он же Марти Стю (англ. Marty Stu) или Морис Стю (Maurice Stu) (возможны любые мужские имена: Герти, Мэтти, вариации фамилий — Сью и Стю, иногда встречается пренебрежительный вариант Мерисей) — мужская ипостась Мэри Сью. Появляется затем, чтобы очаровать героиню. Встречается несколько реже средней Мэри Сью. Встречаются гетеро- и гомосексуальные Марти Сью (последние в слэш-фиках).</p> mybb@mybb.ru (Russian Slash) Tue, 26 Jun 2012 01:42:53 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=6#p6 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=5#p5 <p><strong>Рейтинг</strong> (Rating) – неформальная система определений, принятая авторами фиков, чтобы дать читателю предварительное представление о том, чего ожидать от произведения, а также о том, насколько содержание фанфика или фанарта пригодно для определенных возрастных групп. Рейтинги берут начало в американской системе кинематографа и включают в себя (по возрастающей): G, PG, PG-13, PG-15, R, NC-17, NC-21.</p> <p><strong>G</strong> (General): безобидные фики, которые можно читать всем, кто умеет. Ограничений по возрасту или степени психической устойчивости нет. </p> <p><strong>PG</strong> (Parental Guidance recommended): данные фики рекомендуется читать под присмотром родителей. Но, поскольку присматривать за Вами никто не будет, можете смело открывать такой фик, если Вам уже исполнилось 9 лет.</p> <p><strong>PG-13</strong>: данную категорию фиков могут читать с родительского разрешения дети старше 13 лет. Причина таких ограничений – возможное наличие легких ругательств, а также поцелуев и объятий героев. </p> <p><strong>PG-15</strong>: рейтинг встречается редко. Данную категорию фиков могут читать дети старше 15 лет. От PG-13 отличается наличием сцен насилия, ругательств, эротических подробностей, не шокирующих читателя, но создающих определенное настроение. </p> <p><strong>R</strong> (Restricted): фики не рекомендованы для прочтения аудиторией младше 16 лет. Такой фик затрагивает &quot;взрослую&quot; тематику – сексуальные сцены (без деталей), ругань, насилие, жестокость, убийство, самоубийство и т.д. </p> <p><strong>NC-17</strong> (no children under 17): фики запрещены для прочтения лицами, не достигшими 17 лет! Обычно содержат детально прописанные эротические сцены. Могут содержать изображение чрезмерной жестокости, подробно прописанную смерть персонажей, матерную ругань, всевозможные извращения и т.д. </p> <p><strong>NC-21</strong>: рейтинг встречается редко. Понять, что под ним подразумевают, довольно сложно. В любом случае, эротические сцены в таких фиках носят явный порнографический характер, да и без жестокости, насилия, матерной ругани, извращений и смерти персонажей, скорее всего, не обойдется. Если Вам нет 21 года, то читать такие фики не рекомендуется. Лицам, не достигшим <br />18 лет, читать данную категорию произведений запрещено! </p> <p>Стоит отметить, что авторы ставят рейтинги на своё усмотрение, и границы между ними размыты. Так что, то, что автору кажется R, для Вас может оказаться NC-17 и наоборот. Помимо этого, некоторые утверждают, что если фик слэшный, ему изначально следует присваивать рейтинг не меньше R. Возможно, в этом есть определенная логика. Но, так как на нашем форуме практически все фики слэш-направленности, и дополнительно в шапках содержится предупреждение слэш, их классификация начинается с G.</p> mybb@mybb.ru (Russian Slash) Tue, 26 Jun 2012 01:29:20 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=5#p5 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=4#p4 <p>Размеры:</p> <p><strong>Макси (Max)</strong> — большой фанфик. Размер часто превышает средний роман. Примерно от 70 машинописных страниц.<br /><strong>Миди (Midi)</strong> — средний фанфик. Примерный размер: от 20 до 70 машинописных страниц.<br /><strong>Мини (Min)</strong> — маленький фанфик. Размер от одной машинописной страницы до 20.<br /><strong>Драббл (Drabble)</strong> — отрывок. Часто просто сцена, зарисовка, описание персонажа. Иногда под драбблом подразумевают короткую (в сто слов) историю, имеющую двойной подтекст и/или неожиданный конец.<br /><strong>Виньетка (Vignette)</strong> — очень короткая история, включающая в себя какую-то одну мысль (описание чувств, внутренний монолог, небольшое событие).<br /><strong>Фанфиклет (Ficlet)</strong> — короткий одночастный фанфик.</p> <p>Серии:<br />Обычные литературные термины применяются и для фанфикшена.</p> <p><strong>Дилогия (Ambilogy)</strong> — серия из двух фанфиков, как правило, два макси-фанфика.<br /><strong>Трилогия (Trilogy of novels)</strong> — серия из трёх фанфиков.<br /><strong>Сиквел (Sequel)</strong> — продолжение фанфика/рассказа и т. п.<br /><strong>Приквел </strong>— описание событий, которые случились с героями до событий другого фанфика.</p> mybb@mybb.ru (Russian Slash) Tue, 26 Jun 2012 01:22:50 +0400 https://russianslash.mybb.ru/viewtopic.php?pid=4#p4